…а Алистер, между прочим, пожилой человек. Ему все-таки за шестьдесят, пусть он и находится в прекрасной физической форме.

…и перед самым моим визитом он говорил с бабулей — с той самой Деборой Уайт, широко известной как трикстер не только в научной среде Эверджейла, но и далеко за его пределами.

…и не то чтобы я действительно думала, что Ба могла довести Алистера до сердечного приступа или апоплексического удара — с чего бы мне так думать, если пока что таких случаев не было? Хотя я могла просто не знать.

…но я все же потянула на себя дверь и шагнула в дом.

— Мистер Коулмен?..

Узкая темная прихожая открывалась в холл. Свет сюда пробивался из соседней комнаты — странный, какой-то неверный, но его хватило, чтобы миновать помещение. Оттуда шел тихий ритмичный звук. Бип. Бип.

— Алистер, вы здесь?

Гудки! Это короткие гудки из телефонной трубки!

Они слышались из гостиной.

Где я поняла, почему свет показался мне странным — потому что его давали стоящие на полу свечи.

Где я увидела лежащую на полу между свечами темную груду.

Это ведь не то, что я думаю, да?

Этого ведь не может быть?..

Медленно, словно преодолевая толщу воды, я сделала шаг вперед. И еще. Наклонилась.

Чтобы…

Чтобы что?

Чтобы лучше видеть?

Чтобы понять, что мне не мерещиться?

Чтобы убедиться, что человек, лежащий на полу — это действительно Алистер Коулмен.

Голова закружилась, и я выпрямилась, чтобы не упасть на… на тело. Но от слишком резкого движения, кажется, стало еще хуже. Меня повело, и я шагнула назад, чтобы удержать равновесие, уперлась во что-то спиной — неудобное и твердое, но дающее телу опору.

Правую руку нестерпимо жгло в районе плеча, ноги подкашивались, спина и лицо были мокрыми от испарины, а в ушах шумело.

Больше всего это было похоже на обморок — только, к счастью, без потери сознания. Стиснув зубы, я пыталась справиться, удержаться и не рухнуть в забытье. Как-то пережить навалившуюся не ко времени дурноту.

Держись, Марша. Ты сильная, ты сможешь, держись! Тебе еще в службу спасения звонить…

Как ни странно, но, кажется, именно после этой мысли внезапная слабость и отступила — так же неожиданно, как навалилась, оставив меня, мокрую как мышь, дезориентированную и обессиленную, но кажется, более-менее мыслящую.

По крайней мере, здравомыслия на то, чтобы посоветоваться с тем, кто разбирается в ситуации, прежде чем что-то предпринимать, мне хватило.

Трясущимися от отходняка руками я сумела выудить телефон из кармана пальто, и набрала не 911, как собиралась изначально, а свой домашний номер.

Длинные гудки — и автоответчик, уведомляющий, что меня сейчас нет дома, но я могу оставить мне сообщение.