Второй экран с камеры в холле показал промелькнувшую через дверь мужскую фигуру. Марша-Марша, ай-ай-ай, какая нехорошая девочка! Я заблокировал дверь. Бронестекло плюс система замков делали вход в этот дом билетом в один конец.

Добро пожаловать в Дуат, мои гусятки!

Я нажал кнопку, отпирающую вход в подвал, туда, где находилось Логово. Коп, уже заметивший глазок камеры, безошибочно определил этот момент и рванул по лестнице первым. Стук его ботинок по ступеням.

Я набрал полные легкие воздуха. Вот он, момент истины!

— Стой!

Морелли замер, и меня обдало волной… узнавания. Иногда я видел сны. Сны о Египте. Я видел ритуалы, будто проводил их сам. Я считал их подсказкой Амона, иначе я бы никогда не узнал, как правильно их проводить. Но теперь меня накрыло видениями.

Я словно врос в пол, придавленный знанием.

Передо мной стоял не просто носитель браслета — стоял равный.

И когда рядом с ним встала Марша Сандерс, которую я знал мелкой вредной девчонкой, я ощутил то же самое. Браслеты наделили их той же силой, что и меня.

Только другой.

Они украли у меня Силы!

Я пробуждал браслеты для себя!

Они должны принадлежать мне!

Я должен стать единственным владельцем реликвий, самым преданным слугой Амона, единственным воплощением его Воли, Огненным мечом, карающим его врагов!

Священный трепет наполнил мою кровь.

— Вы слышите меня и слушаетесь меня! Вы повинуетесь каждому моему слову по имя Амона! — Мой голос неожиданно приобрел небывалую мощь и объем, он разлился по Логову, отражаясь от стен и многократно усиливаясь.

— Падите на колени!

Даже отупевший Вудс оторвался от стены и, судорожно всхлипывая, распростерся ниц.

Морелли, казалось, боролся с собой. Его тело уже подчинилось, он, видимо, пытался найти поддержку в своей подружке и хотел к ней повернуться.

— Смотри на меня, червь!

Все, все они подняли головы: склочные сучки Фостер, истерик Вуд, Зак Морелли и Марша Сандерс.

Восторг победы окатил меня жаркой волной!

— Повинуйся мне!

В террариуме зашевелились, зашипели змеи, поднятые моей волей.

— Стив, послушай меня, — заговорила Марша, на которую по прежнему не действовала моя воля. Но что она значит, когда она здесь одна против всех?

— Зак, иди ко мне!

— Стив, ты можешь убить Морелли и меня, но браслеты не подчинятся тебе. Для того чтобы получить Дар Амона, нужно быть носителем крови его первого владельца. Ты — потомок Хапусенеба, поэтому тебе удалось пробудить его браслет и все остальные. Но это всё, на что ты способен.

Коп вновь попытался обернуться на ее голос, но тело его слушалось команды, и нога медленно, через силу, сделала ко мне шаг.