— Я утром с ней поговорю, — не очень добро глянула на рыдающую девушку Елания. — Наедине поговорю.
Прозвучало угрожающе, но с другой стороны у девушки не возникнет лишних соблазнов устроить из своей трагедии шоу. А она может. Вот всем своим нутром уверена, что она ещё та лиса и ради выгоды способна на многое.
— Только вежливо, — попросила я, совсем не из гуманизма.
Предвзятое отношение оно такое, во все стороны работает. Мало ли я тут лишнего напридумывала под влиянием плохого настроения, а девушка невинным ангелочком окажется. Неудобно получится. Поэтому эмоции в сторону.
— Как скажешь, — поморщилась Елания. — И, кстати, стражу я не вызывала, лишнее это, а шумихи вызвать может много.
— Но лекарь будет?
— Будет, — подтвердила девушка и аккуратно, но бескомпромиссно утянула горничную в свою комнату.
— А за вас мне обидно, — заявила я парням, когда дверь за девушками закрылась. — Я разве давала повод думать обо мне так плохо? Где Марк, кстати?
Марк охранял Стайвера. Ну и следил за ним и его окружением заодно. Так что до утра мы были лишены минимум одной боевой единицы, а то и двух, дом без защиты не оставишь. Да и к горничной бы отдельного охранника приставить, но кроме скелетов, никто на ум не приходил. Намечалась острая нехватка кадров.
— Девчонок задействуй, — посоветовала Руни, в сжатые сроки успевшая изучить обстановку в доме. — Они не боевики, да и магички слабые, но хоть не дуры, как некоторые.
— Заодно и тест на профпригодность пройдут, — согласилась я.
Забрать бы мы их при любом раскладе забрали. В конце концов, в маркизате вообще специалистов нет. Но одно дело из милости предлагать должность, а другое — за заслуги. Да и им самим не помешает обрести немного уверенности в собственных силах, а то стараниями Даррена и леди Саяры самооценка у всех троих на уровне плинтуса. А они ведь умнички, пусть пока сами об этом и не знают.
— Плохо, что у вас в Алькстане доверенных людей нет, — посетовала я по дороге к кузинам.
Девушки не спали, и не то что не паниковали, а наоборот пребывали в некотором возбуждении. По словам леди Надин, про инцидент с горничной знали уже все обитатели особняка. Что примечательно, про её избиение молчали в тряпочку, а вот про то, что мы куда-то ночью поперлись, уже судачили. И конечно же, в этих сплетнях я превращалась в злобную фурию, наказавшую служанку, посмевшую сделать мне замечание о недопустимости ночных прогулок.
Даже выяснять не стану, кто первоисточник этой клеветы. Ясно же, что я для них человек новый, непредсказуемый, и особой любви они ко мне не питают. Как, впрочем, и уважения.