Пробовали одновременно краситься, одеваться, разговаривать и держать голову прямо, потому что горничная в этот момент сооружает причёску? Те ещё чудеса эквилибристики и артикуляции. И этими чудесами в совершенстве владела не только я, но и сама Елания. Девушка не только сама собралась, но и связалась с нужными людьми, включая представителя фон Аренхардов. Что поделать, ввиду малого возраста Глейна мы могли оказать только моральную поддержку, ну и стражей попугать немного.
— Леди, карета ожидает вас, — присела в книксене горничная, застыв в дверях.
Горничная и горничная, обычная девушка, старательно выполняющая распоряжения хозяев дома, даже если они выходят за рамки приличий. Внимания я на неё обращала постольку-поскольку. И сейчас бы ограничилась вежливой благодарностью, но взгляд зацепился за низко склонённую голову. Настолько низко, что мне был виден загривок, что в обычном положении всё-таки скрыт одеждой.
— Что у тебя случилось? — подошла я вплотную к девушке и с удивлением отметила, что она едва удержалась, чтобы не отскочить в сторону.
От меня! От королевских солдат не шарахалась. Леди Саяру с её завуалированными упрёками не боялась. Кияру с её истериками и даже рукоприкладством безропотно терпела. А от моего присутствия дёргается! Я ей слова грубого не сказала ни разу, даже за дело.
— Ничего, леди, — пролепетала девушка и натуральным образом задрожала.
— Ты когда успела прислугу запугать? — удивилась и Елания такой реакции горничной.
Вот я бы ещё сама знала. Но девушка точно опасалась именно меня. Даже Марк, заглянувший в комнату на голоса, и тот посмотрел с подозрением. Спасибо хоть без осуждения.
— В чём дело? — резче, чем требовалось, спросила я у служанки, и она рухнула на пол.
Не грациозно опустилась. Не аккуратно присела. Просто бухнулась всем весом на колени.
— Ничего себе я полетать слетала, — присвистнула Руни, появившаяся прямо перед лицом трясущейся от страха девушки. — Это кто её так?
Пока горничная не упала ещё и в обморок, я подцепила её подбородок пальцем и с силой потянула наверх. Девушка настолько не желала смотреть мне в лицо, что сжималась в комочек.
— Это не я, — только и выдохнула я, сама отшатнувшись в сторону.
На щеке девушки алела ссадина, под глазом наливался огромный синяк, а из трещинок на опухшей губе сочилась свежая кровь.
Глава 49
Чего только в жизни не было, но в роли настоящей злодейки я ещё не выступала. Не приходилось мне людей бить, хотя иногда и хотелось.
— Что произошло? — строго спросила у девушки, из глаз которой уже текли крокодиловые слёзы.