А когда в мозгу отчаянно закрутились шестерёнки, стараясь собрать в кучу виконтессу, ментальную магию и факт, что она собирается устанавливать щит от проникновений в голову, на виски легки прохладные ладони и меня выключило.
В затухающем сознании промелькнула последняя мысль: «Хоть бы не упасть мордой в салат».
Глава 6
— Доброе утро, соня-я-я, — прогремело набатом в голове.
Несмотря на приятную мелодичность голоса и общий позитив фразы, слова отзывались нестерпимой болью. Где же я так надралась, что возвращение в себя вызывает такие муки?
— Стася, — снова ударил голос кувалдой, и в мозг вонзилось долото по меньшей мере размером с голову.
— У-у-у, — кое-как простонала я, в надежде, что пытки остановят, если подам признаки жизни.
Вот только чаяния оправдались отнюдь не сразу. Правда, приобрели несколько встревоженные нотки:
— Кхм… нехорошая реакция, — и голос наконец-то отстал, чтобы зашуршать где-то рядом.
Я же ворочала неподъёмные мысли и пыталась стимулировать память. Где бы я ни была, и чтобы я ни натворила, лучше быть во всеоружии, и хотя бы знать, за что мне должно быть стыдно, и перед кем.
Выходило так себе. Нет, какие-то смутные образы мелькали, но вызывали ещё больше вопросов. Чем же я так накидалась, что у меня начались глюки? Скелеты, монстры, кладбища. Какие-то декорации к третьесортному ужастику, а не приличная похмельная амнезия.
— Сейчас исправим, — с преувеличенной бодростью снова объявился женский голос, и я решилась на отчаянный шаг — открыть глаза.
В момент, когда я проявила-таки просто запредельное героическое усилие и осторожно приоткрыла веки, на многострадальную и явно отбитую голову, легли прохладные руки и меня начало утягивать в какое-то липкое, тяжёлое забытьё. Вот только фигушки! Раз уж очухалась, то и все последствия безудержного веселья накануне, или, наоборот, вселенского горя, надо принимать с остатками гордости и самообладания.
Упрямо распахнула глаза и уставилась на помещение, декорированное под старину. Пафосную такую и излишне вычурную. Даже в голове прояснилось от таких видов. Это сколько же я спустила на такой номер? Хотелось бы верить, что платила не я, но наличие рядом женщины, а не кавалера, намекало, что ночь выдалась отнюдь не томной.
В мозгу стрельнуло. Кавалер.
Почему-то перед внутренним взором предстал шикарный обнажённый брюнет, с тонкими полосками шрамов и неприлично хорошо развитой мускулатурой. Х-м-м, а такие глюки мне определённо больше по вкусу, чем монстры. Да и шанс появился, что оплачивала веселье всё-таки не я.
Давление на висках усилилось. Но и я не расслаблялась и цеплялась за реальность.