И сегодня трибуны заполнились до отказа. Двадцать тысяч зрителей создавали гул, сравнимый с мировыми турнирами или великими праздниками, когда на городских площадях собирались тысячами. Предвкушение предстоящего чемпионата среди курсантов было не менее важным событием, так что шум стоял ещё тот.

В верхних рядах расселись обычные горожане — из числа тех, кому посчастливилось купить билеты. Вопреки распространённому мнению, данные соревнования не были закрытыми, хотя стоимость входного билета равнялась месячному заработку квалифицированного ремесленника! Зато какое зрелище! Возможность увидеть будущих мастеров эфира в бою! Запечатлеть в памяти уникальные техники, да просто погрузиться в атмосферу высокой школы эфирных боевых искусств! Такое стоит любых денег!

Средние ряды занимали сами студенты Императорской Академии и трёх районных учебных заведений, принимающих участие в турнире. Их легко было отличить по форменной одежде. У каждой академии своя расцветка. Императорцы щеголяли в белых с золотой отделкой. Практическая Эфирология носили тёмно-синие мундиры. Остальные обе в серой и бардовой формах.

Нижние ряды, самые ближайшие к полю сражения, предназначались для преподавателей, почётных гостей и высокопоставленных чиновников. Наряды среди них, несомненно, выделялись изысканностью, да и стоимостью. Бархатные сюртуки, шёлк, атласные перчатки, жемчужные булавки, серебряные пряжки и, конечно же, множество эфирных украшений, стоимость которых переваливала за многозначные суммы.

В центре нижнего ряда находилась императорская ложа. Широченная плоская площадка из белого мрамора. Полог из пурпурной ткани защищал её от прямых солнечных лучей. Массивное кресло красного дерева с золотой эмблемой двуглавого орла пустовало — Император не почтил турнир своим присутствием, занятый делами государственной важности. Однако рядом с креслом на более простых, но не менее внушающих, восседали чиновники, чьё присутствие заставляло публику обсуждать происходящее с неменьшим волнением.

— Гляди-гляди, это же сам Воронцов! — указал коренастый мужик из народа, тыча пальцем в сторону императорской ложи.

— Где? Никогда его не видел! — его сосед привстал, пытаясь разглядеть через головы. — Тот, с бакенбардами, что ли?

— Да нет же, болван! С бакенбардами — это граф Арбенин, министр образования. Воронцов — тот, с бородкой, в чёрном сюртуке!

— А! Понял!

В ложе действительно присутствовал Григорий Михайлович Воронцов — живая легенда боевых искусств, советник Императора, человек, чьё имя произносили шёпотом в высших кругах общества. Высокий, широкоплечий, с военной выправкой и проницательным взглядом голубых глаз. Несмотря на свои шестьдесят семь, он выглядел моложе — пара морщин, да седина в бородке. Чёрный сюртук на нём отличался от одежды окружающих строгостью. Вышивка эфирных нитей представляла собой сложнейшие контурные схемы, кои для непосвящённого казались просто красивым орнаментом, но знатоки были в курсе — в них контуры защиты.