Глава 19
Следующий день в Городской Военной Академии Практической Эфирологии начинался как обычно. Серый питерский рассвет неохотно пробивался сквозь плотные облака, курсанты, ёжась от холода, спешили зайти в главный корпус.
В аудитории, где занималась группа юного Волкова 105б, была привычная предлекционная суета. Пара курсантов дописывали конспекты, барышни всё никак не могли наболтаться о прошедшем бале, а кто-то просто пытался проснуться, потирая сонные глаза.
Лиза Румянцева рассеянно смотрела в окно на заснеженный двор. Да, бал прошёл, но Волков так и не появился. При том, уже столько дней прошло. Он, конечно, и раньше прогуливал, но чтобы вот так? Жаль, что её тщательно спланированная операция «вызови ревность» провалилась, не успев начаться.
«Где же ты, Волков?» — поправила она учебник.
Сидевшая неподалёку Катерина тоже выглядела обеспокоенной. И тоже думала о нём. Не то, чтобы между ними были какие-то особенные отношения. Их вообще не было. Он просто спас её и не хотел это признавать. Да и, впрочем, сам себе на уме. Она хоть и делала пару намеков на более близкое общение, но Волков… Ох уж этот Волков. Либо не понял, либо сделал вид, что не понял. Так или иначе, мысль о том, что с ним случилась беда, вызывала тоску.
«Надеюсь, он просто приболел и скоро вернётся,» — украдкой бросила она взгляд на его пустующее место.
Софья Вишневская, безупречная, как и всегда, перелистывала учебник по теории эфирных потоков. Внешне спокойная, невозмутимая. Идеально воспитанная аристократка. Но бал и отсутствие Волкова не давали покоя. Саднило что-то. Но что? Она же презирала его за происхождение, за манеры, но от чего же переживала, что его всё нет и нет? И перевернула очередную страницу учебника, решив больше не думать о нём. Рано или поздно объявится, как бывало прежде.
Дверь аудитории открылась. Вошла староста. Дарья Вяземская. Во взгляде растерянность, даже шок.
— Что случилось, Даш? — поинтересовалась Ольга.
— Потом… — ответила та отреченно.
И в класс вошёл профессор Каменский, преподаватель военной тактики. Лысоватый, с брюшком и недовольным видом. Положив на учительский стол бурый портфель, обвёл аудиторию взглядом, задержавшись на пустом месте Волкова.
— Староста, — обратился он к Вяземской. — Отметьте отсутствующих. Волков снова прогуливает?
Та поднялась, всё ещё ошарашенная утренней новостью из деканата.
— Господин профессор… Волков… он больше не числится курсантом академии.
По аудитории пронёсся удивлённый гул.
— Как не числится? — нахмурился Каменский. — Отчислен? За что? Прогулы? Или тот скандал с пожаром?