Только соприкоснулись наши бокалы, как дверь распахнулась, и в столовую вошел незнакомый краснощекий мужик, формой головы напоминающий Щелкунчика, с тяжелым немигающим взглядом и в сизом пиджаке с отливом. Когда говорили «пиджак с отливом — и в Ялту», я именно такой представлял.

А еще была в нем какая-то уверенность, что ли, или манера держаться, которая выдавала человека власть имущего. Роста он был невысокого, едва до уха Витаутовича достал, когда встал рядом.

— Прошу внимания, товарищи, — официальным тоном проговорил Тирликас. — Представляю вам человека, который внес неоценимый вклад в развитие нашей команды. Вадим Игоревич Самойлов, директор Михайловского Электромоторного Завода. Наш директор.

Окинув нас немигающим взглядом, Самойлов заговорил хорошо поставленным голосом:

— Здравствуйте, коллеги. Понимаю, вам хочется праздновать, надолго вас не задержу. — Пока он говорил, Димидко наполнял его бокал шампанским. — Признаться, я даже не предполагал, насколько серьезны ваши намерения и сильна воля к победе. Спасибо за вашу игру. Спасибо, что прославили Михайловск. Но главное — спасибо за то, что подарили надежду тысячам мальчишек, которые болеют футболом. Поздравляю с выходом в первую лигу и уверен, это не предел, вы и до Берлина дойдете. Подарки отличившимся ждут у входа, потом посмотрите.

Димидко вручил ему бокал, мы все чокнулись, он выпил свое шампанское и откланялся, а мы замерли в нетерпении. Какая там еда, когда нас ждут подарки. И они наверняка крупные, раз сюда их не занесли. Особо отличившимся — по крупному мотору, остальным — моторчики поменьше?

Выждав минут пять, с азартом детей в Новый год мы ломанулись на улицу. Насчет моторов я не ошибся. Напротив столовой стояло пять белых «москвичей», чуть припорошенных снегом: кроссовер, какой был у Джабаровой, два седана, две малолитражки и мотоцикл. К ним крепились таблички с именами. Кроссовер — мне. Седан — Погосяну и Рябову, малолитражки Клыку и Матвеичу. Мотоцикл понятно кому, наверное, Тирликас рассказал, о чем мечтает Федор.

Микроб протяжно вздохнул и ринулся к мотоциклу. Он радовался подарку, как пятилетка — щенку. О, как он его осматривал! Оглаживал, как девушку. Так и подмывало сказать «моя пре-е-елесть». Я спокойно уселся за руль. Повернул ключ в замке зажигания — зарокотал мотор, переключил передачи — хорошо! Всегда «механику» предпочитал: чем проще механизм, тем меньше вероятности, что подведет. Отличная машинка! Сиденья удобные, пластик дорогой, руль в кожаном чехле. От радости я даже забыл, что у меня нет прав и водить я, по идее, уметь не должен. Прокатился по дороге вокруг стадиона и, лишь вернувшись, заметил, как потухли те, кому подарков не досталось.