Кувыркнувшись назад, я вскочил, готовясь встретить любого, кто выбежит из пещеры, вихрем воздуха. Но в опасной близости от моего носа сверкнуло лезвие меча, я едва успел подставить посох… и в моих руках остались две бесполезные половинки.
Да чтоб вас, вонь небесная! Опять рукопашка⁈ А я только собирался насладиться магической дуэлью…
Тень воина шагнула в сторону, но я уже выхватил топорище, и следующий удар меча бессильно наткнулся на подставленную дубину. А потом я просто перехватил воина за грудки и боднул головой.
Будь он хоть десять раз искусным бойцом, но весовые категории надо было различать. Да и сдаётся мне, он думал, что в коридоре его встретит тщедушный маг.
Воин попытался порезать мне руки, но я просто отбросил его. В следующий же миг вслед за ним метнулся Кутень.
Воин, перекатившись, вскочил в боевую стойку, а потом удивлённо схватился за горло. Это цербер всего лишь хватанул у него кусок горла и нырнул вместе с ним во Тьму.
Воин осел на колени, глядя на меня со смесью обиды и страха. Ну да, понимаю, это нечестно, но у меня самого проблемы, самому убивать запрещено.
— Малуш не виноват, — сказал я и пнул того в грудь, откидывая на спину, — Грязь!
Потом я подошёл к огненному посоху, предвкушая, что сейчас-то я постреляюсь со старшим магом. А к тому времени и Кутень вернётся, и попробуем с ним опять провернуть…
Цербер вдруг упал мне на плечо, и заверещал:
— Там-там-там!!!
Я обернулся, в недоумении уставившись на всполох Тьмы в двух шагах от меня, из которого только что материализовался Кутень.
Вот только всполох-портал не растворился сразу, как это обычно бывает, а почему-то начал увеличиваться. И почему-то через пару мгновений оттуда выглянула хищная, скалящаяся рядами острейших зубов, морда гарпии…
Глава 24
Напугать Десятого не так-то просто… Даже в глубине Тьмы, когда я ощущал в ней неведомых могучих тварей, я не испытывал страха.
Хладнокровие Тёмного Жреца, помноженное на дикую и, что уж греха таить, немного туповатую ярость варвара — это гремучая смесь. Или дремучая…
В нескольких сантиметрах от меня зависли страшенные клыки, частые, как решётка на забрале рыцаря. С них капала самая настоящая Тьма, растворяясь в воздухе, а из глубины пасти доносилось лютое урчание. Сиреневые глаза гарпии просто гипнотизировали.
— Ну, здравствуй, свет копчёный… — прошептал я.
Стой… Сиреневые глаза? Даже не красные, как у церберов на той глубине, до которой я погружался? То есть, по тёмной логике, она не такая уж и грозная? Ну, по крайней мере, слабее цербера…
Удивление сбросило наваждение, и гипноз гарпии рассыпался. Я отшагнул, уверенным движением поднял посох, дунул… Ничего.