В следующий миг стена, сделанная из мелких камней и, судя по всему, какого-то говна, рухнула вперёд, рассыпаясь и погребая под собой часть лешаков. Шамана тоже сбило с ног, но он сразу вскочил и завизжал какой-то боевой клич. Лешаки за его спиной тоже подняли копья, что-то отвечая.
Ну, это я тоже умею! Ещё раз призвав Тьму, которая отзывалась мне ещё охотнее, я вспыхнул, словно факел, и, подняв топорище над головой, заорал, как разъярённый и бешеный лев.
— Смердящий све-е-е-е-е!.. — больше мне ничего на ум не пришло.
Все дикари испуганно присели. Мой рёв эхом летел над деревней, и куча лешаков, выкарабкиваясь из-под обломков, со страхом поползла к ногам шамана.
Лешаков становилось всё больше — некоторые испуганно выглядывали из дверей и окон, но меня больше беспокоили тени воинов, скользящие по стенам хижин в деревне. Прооравшись до хрипа, я оскалился, диким взглядом осматривая врагов.
Ну, как вам бросская ярость? Погодите, я вам ещё всем покажу, когда Хмороком стану! Если стану…
Я продолжал хищно щериться, разглядывая испуганную толпу и думая, что же дальше делать.
— Всё! — прошипел сзади Идан.
Ну, а теперь…
— Бежим! — я тут же развернулся и поскакал к проводнику с принцессой, — Куда нам⁈
— Тут рядом берлога медоежей, — пролепетал Идан, — Но там мы точно трупы!
Глава 35
Девчонку я, как обычно, схватил за руку и понёсся. Пробив плечом насквозь пару прутяных хижин под возмущённые крики хозяев, я вдруг понял, что проводника рядом нет.
Да его ж северную мать! Далеко позади он пытался бежать за мной, ковыляя пробитой ногой, но споткнулся в первых же развалинах хижины.
— Вот же вестник тупости! — выругался я, не уточняя, кто именно этот вестник.
Через пару секунд я снова был возле проводника, схватил его и заорал:
— Соберись!
— Так ты ж мне ноги исколол… — проныл тот.
Свистнули несколько копий, одно я отбил топорищем, а одно, которое чуть не прилетело в голову Дайю, просто поймал зубами. Выплюнул, ногой отпихнул залетевшего к нам лешака.
Во второй раз прорваться уже не удалось, момент неожиданности пропал. Едва я вылетел на открытое пространство, как со всех сторон хлынули эти самые лешаки и ощетинились копьями.
Засвистели снаряды, и с нескольких сторон на нас упали сети, так похожие на круглую паутинку с острыми камнями на концах. Эти камни, едва упали на нас, тут же приобрели ужасный вес и я пробуксовал, пытаясь их протащить. Камешки, прочерчивая след будто от плуга, вкопались ещё глубже, и я, закусив вцепившуюся в лицо сеть, как удила, только бессильно зарычал.
Вот же продрись небесная, тут тоже магия!