Впрочем, это не моя проблема, а наставника… Мне просто надо найти наставника.
Да-а-а, Десятый… Ты просто самый великий тугодум из всех Тёмных Жрецов.
— О-о-о, наро-о-од, — послышался голос барда. Он шёл к нам, пошатываясь и обнимая какую-то старую лютню с торчащими во все стороны струнами.
Ветер принёс нам запах креплёного вина, от Виола чадило так, что у меня самого закружилась голова. Где он успел так наклюкаться за какие-то полчаса?
— Это ща пройдёт, — бард подошёл и встал, качаясь от ветра, как кусты рядом с нами, — М-м-магия… М-м-маюна…
Он тронул единственную целую струну, глядя на Креону, вытянул губки бантиком. Колдунья только поморщилась, а бард улыбнулся ей:
— Северные ляжки… для тебя эта песня, Кре… кря… — он ещё раз тронул струну, и рухнул лицом в траву, едва не раздавив лютню.
— Какого хрена? — я хотел было уже схватить его за шкирку и ещё раз приложить об землю, но рука барда, прошуршав по траве, ткнула в сторону города.
Не поднимая головы, пьяный Виол пробурчал:
— Через полчаса… у третьей башни… мой… наш друг… ик!.. будет ждать… — и захрапел. Другая его рука расслабилась, и оттуда ссыпалось четыре медяка. Хм, он ещё и сдачу принёс.
Глава 3
У третьей башни мы были раньше, чем через полчаса, но бардовское «это скоро пройдёт» всё никак не проходило. Виол храпел, свесившись с моего плеча, и просыпаться всё никак не собирался.
Бард не соврал. Через полчаса нас и вправду встретили — скрипнула маленькая, едва заметная дверца, скрытая неопрятными кустами жимолости под башней. К нам выползла пара хмурых стражников, дородные мужичков в дешёвых казённых кольчугах, подёрнутых ржавчиной, от обоих здорово разило вином.
Один из них, узнав спящего Виола, хитро улыбнулся и сразу же протянул руку.
— Два серебряных, как договаривались, — буркнул он, глядя на меня, как на предводителя всей честной компании.
Я хапнул воздуха, почуяв ложь, и немного потряс барда. Ну же, продрись рассветная, вставай!
Наш разношёрстный отряд и вправду немного удивлял. Пьяный бард, типичный местный южанин, девчонка с шлемом на голове, и два таких разных северянина в лице меня и Креоны. Интересно, они поняли, что это чародейка?
На Креоне завис взгляд второго охранника, он буквально пожирал её глазами, схватившись за свой пояс и переминаясь с ноги на ногу. Чародейка ведь выбрала самое скромное платье, которое нашла в тюках работорговца, но даже оно отличалось откровенным декольте, открывающим привлекательные бугорки. Надо будет с этим что-то делать.
Первый недовольно засопел, нетерпеливо помахал пальцами: