— Откуда же тогда аж два револьвера с полными обоймами вылезли? Не с Луны же свалились?

Хуже все было то, что результаты осмотра этих самых револьверов и патронов в них были уже доложены самому государю-императору. Уровень магических эманаций в пулях был таким, что в пору было за голову хвататься. Одной такой пули с лихвой бы хватило, чтобы добрую половину кирпичного дома в развалины превратить.

— И кто же у нас это такой наглый?

Мирский мысленно перебирал тех, кто мог бы такие патроны сотворить и «выпустить» их в свободное плаванье. Честно говоря, набиралось немало. По-хорошему, почти каждый более или менее сильный одаренный мог зачаровать патрон для револьвера. И проверить их всех в империи представлялось весьма и весьма сложной, а точнее невозможной, задачей.

— Значит, нужно по горячим следам… Трясти все, кого только можно. Кто-то же должен был что-то видеть, слышать, знать… Все трясти так, чтобы всю душу вытрясти.

Собственно, за этим он и ехал в тюремный централ. Туда же уже отправились специально вызванные им маги из дознавателей. Будут всем этим подонкам «душу выворачивать». Дело, конечно, грязное, муторное, иногда и кровавое, но дело должно быть сделано, а результат получен. Как говориться, никуда не денешься.

— Ваше Сиятельство, почти приехали, — вдруг раздался довольный возглас шофера, отрывая генерала от размышлений. — Вон он, родимый!

Мирский повернулся к окну, рассматривая красную громадину центральной столичной тюрьмы, напоминающей каменную глыбу. Вдоль реки протянулись внешние корпуса с сотнями крошечных окошек и массивных сторожевых башен рядом. А прямо на их пути возвышалось угловатое административное здание, напоминающее пушечный бастион из стародавних времен.

— К малым воротам, давай, — генерал махнул рукой в сторону больших ворот. — Сразу на место пойдем.

Шофер крутанул руль, сворачивая на лево. Дорога огибала тюрьму и вела к еще одному входу, аккурат со стороны реки. Администрация здесь принимала речные грузы, отправляла по реке баржи с арестантами на каторгу.

Мобиль у крутого поворота притормозил, чтобы плавно завернуть. У ворот как раз появилась фигура в форме и с ружьем, принявшаяся копошиться у громадного засова. Похоже, узнали автомобиль, оттого и засуетились.

— Ваше Сия…

Шофер высунулся из двери и таращился куда-то вверх. Пытался что-то крикнуть, но голос дал петуха и окончательно пропал.

Высунулся и генерал.

— Господи…

Почти над их головами пошла трещинами кирпичная стена. На глазах красный монолит пронзали глубокие разрывы. С оглушительными хлопками разрывался кирпич, раскидывая во все стороны сотни острых осколков. По крыше мобиля тут же забарабанили камни, грозя похоронить их или покалечить.