Князь задумался. Облокотился на стол и начал барабанить пальцами о столешницу, что было явным признаком его глубокой задумчивости. Затих и хозяин кабинета, боясь потревожить важного гостя.

Продолжалось это тревожное молчание ровно до тех пор, как гулко ударили огромные кабинетные часы, отсчитывая полдень. Вровень с третьим ударом Сабуров оторвал взгляд от окна, куда все это время и был направлен его взгляд.

— Похоже, правду о тебе говорили, — граф тут же угодливо вытянул шею. Мол, говорите, готов все выслушать. — Что за своей выгодой и об общем деле не забываешь. Хорошо придумал. Только…

Граф, вообще, превратился в одно большое ухо.

— Нужен больший масштаб. Заговор из десятка старых служак, которые выжили из ума, никому не интересен. В их окружении, Саша, нужно еще покопаться, хорошенько покопаться. Должны быть еще недовольные, проворовавшиеся, дураки, в конце концов. Пусть тоже чего-нибудь напишут… Может, об оружии или о взрывчатке. Нужно что-то эдакое придумать, чтобы у нашего императора мурашки по спине побежали. А… придумал! Постарайся найти такое письмо, где бы про семью императора шла речь…

Жандарм тут же кивнул, «схватывая мысль на лету». Конечно же, он найдет такое письмо. Обязательно найдет, даже его если еще и в помине нет.

— Понял меня?

— Все понял, Ваше Сиятельство! Все сделаю, — с готовностью снова кивнул граф, встав и поклонившись от усердия. — Только нужно несколько дней на подготовку, чтобы все было, как должно быть.

Сабуров качнул головой, давая свое разрешение.

— Сегодня же начну, Ваше Сиятельство.

— И еще, — встав с кресла, князь вновь задумался. — Ты не забыл о моей маленькой просьбе?

Граф без промедления поклонился.

— Уже звонил в гимназию, Ваше Сиятельство. Сделал внушение, сказав так, как и было обговорено.

* * *

Санкт-Петербургская императорская гимназия, кабинет директора

Михаил Валентинович Добролюбов, бессменный вот уже два десятка лет директор Санкт-Петербургской императорской гимназии, положил трубку телефонного аппарата и замер, как мышь под взглядом матерого уличного кота. Все казалось, что вновь раздаться звонкая трель и из трубки послышится властный голос одного из самых могущественных людей империи.

— Чуяло мое сердце, что будет продолжение всей этой истории, — задумчиво проговорил мужчина, блуждая взглядом по стенам кабинета. После такого разговора ему точно нужно было посидеть и подумать. — Надо же, только одного сняли, и сразу же за второго взялись… Хм, а я все думал, сын его или нет. Похоже, все-таки родная кровь. Иначе так бы не гнобили…