Конечно, Брокарь никого не стал выгонять. Катафалк может и стоял почти целый день, но что в этом такого? Дорогу не загораживал, проезду не мешал. Может поломалось что, а может и по своей собственной надобности прибыли.

— Может, и правда, что в соседях случилось…

Успокоив себя, поспешил в постель. От всех этих разговор спал плохо, сны какие-то нехорошие снились. Что точно снилось припомнить не мог, но помнил, что это было что-то очень плохое.

— Коля⁈ — вдруг в столовой взвизгнула супруга. — Он… Он опять здесь.

Накинув халат, Брокарь поспешил туда. И через несколько минут разглядывал в окно тот же самый катафалк, что и вчера. Казалось, он ни на метр не сдвинулся. Стоял ровно напротив окон их столовой.

— Коля, сделай хоть что-то! — трагическим тоном простонала женщина. — Если меня не жалко, пожалей нашего сына. Он же боится их эту проклятую карету… И дайте мне кто-нибудь воду? Я должна принять капли от мигрени. Нюрка⁈

Вскоре в комнату вошла горничная со стаканом в одной руке и небольшим серым конвертом в другой.

— Что это? — Брокарь кивнул на конверт.

— Так, мальчонка чумазый передал, — пожала плечами горничная. — Сказал, хозяину лично в руки

Мужчина взял конверт, с недоумением его повертел в руках, ища адрес или какие-то пометки. Только совсем ничего не было. В его руках был самый обычный конверт из простой серой бумаги. Таких гривенник за десяток отдают на почте.

— От кого ещё…

Надорвал край и вытащил небольшой листок бумаги, на котором было что-то написано. Сдвинув очки на нос, прищурился.

— Это для тебя… Что это ещё такое?

Брокарь переводил взгляд с письма на горничную, и обратно.

— Ещё и испачкано в чём-то…

Присмотревшись к непонятным бурым пятнам на обороте письма, мужчина вдруг побледнел. До него наконец дошло, что это были за пятна и что означала эта надпись.

— Я… Я… Я этого так не оставлю, — дрожащим голосом забормотал он, медленно подходя к окну. Прижавшись к стене, начал осторожно выглядывать наружу. — Я всех вас… Я в полицию… Я жандармам… К самому городничему…

Чуть отдышавшись, Брокарь бросился к телефонному аппарату. От волнения начал набирать всё номера подряд, пока, наконец, не добрался до полиции.

* * *

Следующий день стал для Брокарей еще хуже предыдущего.

… Утром проснулись от холода. С супругой озябли просто страх, еле из под одеял вылезли.

— Обе голанки холодные, — неприятно удивился Брокарь, потрогав печку у кровати. — Истопник, подлец, опять запил! Шкуру с него спущу… Сволочь! Нюрка!

Только горничная тоже не отвечала.

Кое-как одевшись, Брокарь вышел из спальни.