Я притянул ее к себе на грудь, ощутив, как она немного напряглась от такой близости, но после расслабилась и прикрыла веки.

– Моя правда? – тихо сорвалось с ее уст.

Я кивнул. Ждал.

– Я всю жизнь думала, что со мной что-то не так. Он заставил чувствовать себя не такой. Извращенной, грязной и…пустой. И в какой-то момент я приняла это, но сегодня ты доказал обратное, Габриэль.

Слова повисли в воздухе, как ножи, брошенные на холодный металл. Краем взора уловил ее взгляд. Карие глаза были сухими, но в них что-то дрогнуло. Она быстро заморгала, отгоняя слезы.

– Это все? – спокойно спросил я.

Ариэлла слегка кивнула, и ее быстрое сердцебиение медленно приходило в себя.

Наклонившись, я застал ее врасплох, заставив бегать глазами по моему лицу. Мы лежали, кожа к коже, сердце к сердцу, и не хотели покидать эту иллюзию, пока за дверью ждала реальность.

Я провел пальцами по ее мягкой щеке, не ласково, твердо. Чтобы она почувствовала мою серьезность.

– Я не спасаю. Я не лечу, Ариэлла. Ты сама выбираешь то, что с тобой происходит. – тихо, почти жестко начал я, – Но, если ты рядом со мной, ты не имеешь права забывать, что ты сильная женщина.

Ариэлла открыла рот, то ли возразить, то ли вдохнуть, но я перехватил ее подбородок и подтянул к себе, опаляя своим дыханием.

– Ты не грязная, не пустая, не извращенная. Просто тебя слишком долго подавляли, как личность, а ты, черт возьми терпела.

– Терпела, – призналась она, – Терпела ради единственного человека, оставшегося от родителей.

– Но теперь ты под моей защитой, и Лаура тоже, поняла? – я не поцеловал ее, опустившись к пульсу на шее и оставив свой след там, – Засыпай, Ариэлла. Завтра снова придется быть сильной, но рядом со мной ты можешь позволить себе слабость.Иногда .

Я лег на свою сторону постели и выдохнул, глядя на высокий красный потолок этой комнаты, прятавшей нас настоящих от лжи, что ждала за дверью. Странно, что именно здесь раскрылись наши самые страшные слои личности.

– Спасибо, что не сжалился, – шепнула тихо и сонно Ариэлла, выискивая теплоту моих рук и сжимая их.

Я не смог противостоять ее прикосновениям и стиснул хрупкую ладонь в ответ.

– Я бы предпочел, чтобы ты просто научилась быть рядом со мной. Без оправданий и груза на плечах.

Ариэлла уснула на моем плече. Я прикрыл ее одеялом, которое было оставлено в шкафу, а сам, приняв душ, надел боксеры и прилег рядом.

Меня снова поразила тоска по сыну. Я лежал, и думал, как хотел сейчас ощутить его на руках и услышать детский смех. Обязательно позвоню Даниэлю, как только выйду отсюда и возьму свой телефон.