– Ты должна идти с нами. Я не позволю тебе рушить свою жизнь, слышишь?

Сестренка подняла взгляд. Они смотрели на меня, и тут мои руки отпустили Лауру. Потому что я поняла одну очень важную вещь.Это уже не моя Лаура. Это не она.

– Но она уже разрушена, сестра, – тихо прозвучало с ее уст, – Только рядом с ним я чувствую себя полноценной. Он спасет меня. Он хороший.

Хороший. Хороший. Хороший.

Слова эхом пробили во мне что-то, что заставило резко встать и сорваться на отчаянный и злой крик в сторону человека, которого я искала последний год. Я буквально отдала свою свободу и жизнь едва знакомому человеку, что спасти ее, а теперь, когда мы так близко…

– Я счастлива с ним, – добавила Лаура.

– Счастлива? – мой крик прорезал стены, – Тебя держат в клетке и продают, как мясо! Это ты называешь счастьем? Ты слышишь себя?

Слезы катятся по моим щекам, а в груди разрывается невыносимое чувство. Я нашла ее, но теряю снова, по ее собственной воле.

– Слышу! – в ответ прокричала Лаура и поднялась с места, подходя ближе, – Но и ты услышь меня, сестра. Я люблю этого человека.

– Ты не понимаешь, – вцепилась в ее запястья, чтобы она не отвела взгляд, – Ты еще такая маленькая, Лаура. Он играет тобой. Я не могу потерять тебя, слышишь? После того, как мама и папа умерли, я ведь жила только тобой! – обида сдавливает горло. Я не могу так просто смотреть, как она разрушает свою жизнь. – Я жила только твоим именем, Лаура! Весь этот год я рвала себя и была на грани смерти, лишь бы однажды найти тебя. Ты думаешь, у меня было что-то свое? Ничего! Только ты! Или ты думаешь, что я вышла замуж за Эдуардо от великой любви? Я думала о тебя, глупышка. Я хотела для тебя полноценную жизнь.

Мои слова горели в горле, как яд. Слезы застелили глаза, и все, что я видела было ее лицо. А Лаура…она усмехнулась. Горько, будто я глупая.

– А я тебя просила? – закричала она, отдернув свои руки, – Я не просила тебя жертвовать собой. Ты выбрала это сама. Ты! Ты, сестра! Не делай меня причиной своих страданий! Я тебя не просила спасать меня, я…

Я сама не поняла, как произошло следующее. Моя рука взлетела вверх и обрушилась на ее щеку. Глухой хлопок врезается в тишину комнаты. Габриэль стоит неподвижно, скрестив руки на груди, будто все ждал, когда я сделаю это.

– Никогда, – процедила я, дрожа от ярости и боли, – Не смей так говорить.

Лаура застыла, держась за щеку. В ее карих глазах застывает смесь обиды и вызова. А внутри меня все рушится, потому что я понимаю: мы с ней на разных сторонах пропасти.

Я отвернулась, стиснув зубы так сильно, что челюсть заныла. Внутри все кипело. Я хотела кричать еще громче, лишь бы Лаура меня услышала. Поняла мои чувства. Мне хотелось разорвать воздух, вцепится в волосы и выть от бессилия.