Какого черта?

Я положила свою жизнь на алтарь ради нее. Гробила себя, шла в самое дно ада, в грязь и кровь, только чтобы когда-нибудь прижать ее к себе и сказать, что она свободна. И я бы сделала это снова, даже не задумываясь.

А сейчас…она смотрела на меня так, будто я враг. Я мешаю ее счастью?

Глаза жгли, но я не позволила себе разрыдаться здесь, перед ней. Слезы были бы признанием, что я проиграла. Но нет. Я спасу ее и вытащу отсюда, во чтобы мне это не стоило.

– Ненавижу! – сквозь слезы крикнула мне в спину Лаура, – Ненавижу! Да ты…ты…

– Хватит, – голос Габриэля был настолько холоден и расчетлив, что даже Лаура замолчала со страхом в глазах.

Он подошел ко мне и отгородил от Лауры.

– Не смей оскорблять сестру. Сейчас ты не понимаешь, на что она пошла ради тебя. Иди и подумай над своими словами, а потом приходи ко мне, если хочешь узнать в какого человека ты влюбилась.Думаешь, что влюбилась . Ясно?

Лаура лишь молчала, прожигая его глазами полных ненависти. А я была настолько эмоционально подавлена, что не могла вставить ни слова. Лаура направилась к двери, но Габриэль остановил ее:

– И еще, – повернулся он в ее сторону, – Настоятельно прошу держать язык за зубами и не подвергать жизнь Ариэллы опасности. Никто не должен знать о вашем родстве. Тем более Амирхан. А если узнает, поверь мне, я приду и высосу его душу, наслаждаясь этим сполна.

В моем горле появился ком, Лаура же, словно увидела призрака – быстро кивнула и вышла. Долгую минуту я молчала, а потом осела прямо на пол.

Габриэль повернулся ко мне и его взгляд, что некоторое время назад выражал убийственную решительность и хладнокровие, смягчился, глядя на меня.

– Вставай, – он попытался поднять меня с колен, но я лишь схватилась за его руки и потянула к себе.

Габриэль сел рядом, не отпуская, ожидая моих действий.

– Как я спасу ее, Габриэль? – едва слышно прошептала я, – Она не та Лаура, которую я знала. Мне больно осознавать, что я не спасла ее от жестокости этого мира…я…плохая сестра? – и все же я сорвалась.

Слезы потекли по щекам, и я поддалась вперед, упираясь лбом в грудь Габриэля. Он дышал спокойно. Его тело было таким теплым и надежным. Я сжала его рубашку и плакала, ощущая его руки на своих плечах. Он прижал меня ближе и обнял. Впервые я ощутила такой тесный контакт.

Тело словно окутали теплым одеялом и одновременно щитом, который, я уверена, защитил бы меня.

– Ты ведь слышал, что она сказала? Она говорит, что любит его. Я не могу позволить ей сломать свою жизнь, – все твердила я.

– Я все слышал, – тихо отозвался Габриэль, – Но, если ты продолжишь в том же духе, потеряешь ее окончательно.