Беатрис толкнула меня в грудь и закричала:

– Да кто ты такой? – она пошатнулась, и даже не смогла ударить меня, – Ты думаешь, что имеешь право так обращаться со мной, если трахаешь меня?

– А ты собираешься продолжать качаться наркотой? – я едва сдерживал злость, дыша прерывисто, – А как же учеба? Твоя мать? О ней ты подумала?

После упоминания матери, Беатрис будто окатили холодной водой. Она сломалась на моих глазах. Упала на колени и зарыдала, уткнувшись в ладони.

– Я была в завязке три месяца, – призналась она, – Я правда хотела начать все с чистого листа. Но я схожу с ума, Габриэль, – Бри просунула пальцы в волосы и начала тянуть их, – Я не могу спать, есть, жить. Знаешь, что единственное помогает мне отвлечься?

Она рассмеялась, пока ее тушь стекала по щекам. Я же продолжал слушать, пытаясь понять смысл ее поведения. Как она докатилась до такого?

– Ты, – выдохнула она, подползая ко мне и ухватилась за мои колена, – Ты помогаешь мне отвлечься и не нюхать. Знаешь, иногда мне кажется, что ты тоже своего рода наркотик для меня. Когда ты рядом, я хочу тебя и нуждаюсь в тебе. Когда тебя нет, я не перестаю думать о порошке. Я правда схожу с ума, я…

Ее хватка на мои ногах стала слабеть. Она теряла сознание. Я поймал ее за секунду до встречи с асфальтом.

Сказанное Беатрис заставило чувствовать себя мерзко. Она правда пыталась заменить наркоту мной.Она зависима . И если одна зависимость вела ее к смерти, другая помогала ей спастись от нее. Но это лишь иллюзия. Любая зависимость губит. Я – лишь обманка, которая делает еще хуже.

Подняв девушку, повел к машине. Мы поехали в ближайший отель, где я снял номер. Беатрис проснулась, как только мы перешли порог номера. Ее начало рвать, поэтому она побежала в ванную.

Пришлось идти за ней и проследить, чтобы она не подавилась рвотой. Закончив, она обессиленно скатилась на пол. Я спустил воду в унитазе и затолкал Бри в душ.

Стянув с нее кожаную куртку, включил холодную воду. Беатрис закричала, пытаясь выбраться, но я не дал ей этого сделать. Нужно прийти в себя. Желание придушить ее за сегодняшний проступок было велико, но я держал себя в руках.

Бри была настолько под кайфом, что не могла сказать ни слова, лишь мычала и пыталась убежать из-под воды. Раздев ее до гола, завернул в халат и отнес в кровать. Подобно кошке, она глубоко зарылась в одеяло, закрыла глаза, и отключилась за секунду.

Тогда я позвонил Тристану, воспользовавшись моментом.

– Ты звонишь в такую рань, – пробурчал в конце трубки друг, – Четыре утра, Габ.

– Ты правда уже спишь? Мы попрощались два часа назад, адвокат, – выдохнул я, – Но не в этом дело. Нужна твоя помощь.