И ей придётся садиться на пароход, плыть через бурные океанические воды, высаживаться на бесконечно длинной пристани Порт-Аугустино и ехать домой… Обратно, к вечному недовольству отца, постоянным насмешкам братьев, перманентному осуждению родственников и изматывающему общению со сверстниками из высшего общества…

И там, на землях ухоженного Старого Эдема, Пелла будет жить, как все. Найдёт себе правильного мужа — вот только не очень богатого, потому что не умеет себя с богатыми вести. А потом родит ему детей и, возможно, даже дождётся внуков…

И год за годом будет вспоминать Марчелику, удивительную историю деда, отчаянный вадсомад Старган. И год за годом будет мучиться вопросом: а был ли дед отомщён?

Нет, Пелле, конечно, хотелось вернуться в знакомые места, сходить на могилу матери, увидеть родственников, оказаться в привычной обстановке… Но когда девушка вспоминала, что это за унылая обстановка (и как её тяготит), то понимала, что лучше уж тут, под палящим солнцем, на просторах красных равнин — которые она, правда, пока не видела.

Пелла, как и многие молодые люди, ещё не понимала, что умереть в Марчелике проще, чем репу отпарить. Что бескрайние просторы красноватых равнин полны опасностей и врагов, а свобода ограничивается всё теми же простыми желаниями человеческого тела — поспать, поесть и попить. Потому что если что-то из вышеперечисленного никак не удовлетворить, то к чертям такая свобода нужна!..

А ещё Пеллу немного волновало, как там поживает Крист. Потому что, когда её увезли, он без сознания валялся рядом с трупом безвременно почившего от собственной продажности рива. Однако Пелла была уверена, что рано или поздно Крист выкрутится. И даже, наверное, заберёт её чемоданчик и увезёт его домой.

Но сама Пелла на родину возвращаться не собиралась. Хотя и не отказалась бы взять несколько памятных вещичек из своего багажа… Самое важное-то у неё с собой было: фотография матери, небольшая сумма денег и она сама. А остальное, как считала девушка, со временем приложится. Надо просто взять себя в руки и наотрез отказаться садиться на дилижанс до Сан-Валентино…

— Тпру! — крикнул воллам Алекс, натягивая вожжи. — Да что там опять?!

— Куда смотрели твои глаза? Ты что, не мог объехать эту яму, Бен? — Пелла узнала сердитый голос тёти Луизы.

— Да не видел я эту яму! Ты мне сама шляпу взялась поправлять, мам! — возмутился Бен.

— Да чтоб вас всех! Сколько можно-то?! — это уже Дан возмущается.

Пелла выглянула вперёд и увидела, что мужчины-касадоры сбегаются к четвёртому фургону, который въехал в глубокую лужу и теперь никак не мог выбраться.