Ведь их жизнь была весьма коротка. В парящем зное, в водном изобилии, им предстояло всего за месяц вырасти, отложить семена и засохнуть, навеки приникнув к земле — где здешние обитатели будут подъедать их останки до следующего ливня. Бесконечная равнина покрылась пёстрым ковром, тянувшимся всюду, куда только достигал взгляд. И даже каменные валуны, серые и печальные, покрылись жизнерадостным разноцветным мхом.

— Боже, как красиво… — выдохнула Пелла, оправившись от первого изумления.

— Да, Ноябрьский Цвет, — подтвердила Мэнола. — Обычно его видят только те, кто в Марчелике живёт. Приезжие стараются покинуть континент до Ноябрьского Потопа. В море на юге сейчас штормит…

— А на западе можно уехать? — задумавшись на секунду, спросила Пелла.

— Можно. Если только доплывёшь по грязи до корабля! — засмеялась Мэнола. — Там сейчас отлив идёт. Бывает, даже дно в гаванях обнажается.

— А на востоке? — заинтересовалась Пелла.

— А я там никогда не была, — призналась ей Мэнола и замолчала.

Замолчала и Пелла, впитывая глазами открывшуюся красоту.

Но в этот же день недолгий отдых закончился. Касадоры принялись сворачивать лагерь. С помощью рычагов и воллов они ставили на колёса фургоны и собирали навесы. Ночь ещё предстояло провести здесь, но утром, позавтракав, вадсомад снова выдвинется в путь. Всё, что можно было собрать и упаковать сегодня — спешили собрать и упаковать. Есть время привала, а есть время пути.

Пелла тоже старалась помогать — как могла. Она решила делать всё, чтобы втянуться в жизнь вадсомада, а потому не ленилась заниматься готовкой, стиркой, уборкой и сборами. Юная аристократка училась тому, чего не умела никогда в жизни. А ещё она мечтала, что однажды возьмёт вожжи доверенного ей фургона — и сама будет править упряжкой воллов.

К концу дня Пелла настолько измаялась, что даже не попробовала местный алкоголь, который Дан выставил на общий стол. Просто сидела и смотрела, как веселятся и строят планы касадоры, как Мэнола флиртует одновременно с Иоганном и Билли — и как кидает на друзей гневные взгляды её брат Мигель. Как старик Джон рассказывает Ламмерту и Алексу очередную байку времён своей молодости. Как играет какую-то весёлую мелодию на струнном музыкальном инструменте Пётр.

Пелла смотрела на всех них и устало улыбалась. А потом пожелала всем доброй ночи и отправилась спать.

Она уснула прямо в одежде. Просто прилегла на кровать и тут же задремала. И всё для того, чтобы через несколько часов, как ужаленная, подскочить от криков на улице. Криков и жутких подвываний… Не соображая со сна, Пелла схватила с полки маленький дамский пистолет, подаренный ей Анной «на всякий случай», и выскочила из фургона.