Будто услышав его мысли, Айвери, ехавший чуть в стороне на своём волле, поднял руку и ткнул в ту точку, где вскоре будет центр лагеря. Его брат Стивен направил туда командирский фургон, а остальные дома на колёсах принялись занимать свои места вокруг.
Любой номад — это хорошо отлаженный механизм. Когда разворачивается лагерь, каждый знает, что ему делать в тот или иной момент. И даже у каждого фургона есть своё место в лагере. Одни из них встанут кругом, укреплённой стенкой наружу — и станут внешней защитой, откинув специальные панели, которые прикрывают колёса и пространство под дном кузова.
Другие фургоны останутся в центре, раскрывая панели крыш и обеспечивая прикрытие с воздуха. Третьи фургоны, как опорные пункты — или как башни крепости — будут расположены в ключевых местах лагеря.
Вот фургон Дана и Старика — это башня. Он и без того высокий, так ещё и имеет надстройку сверху, где дополнительным укреплением станут мешки с песком. Вообще мешки с песком будут повсюду: ими затыкают любые дыры в обороне, возводят брустверы, обезопашивают переходы. Песок с собой не возят — его и так вокруг полным-полно.
Стоило каждому фургону занять своё место, как на землю посыпались, как горох, вездесущие мальчишки. Вот они-то и начали наполнять мешки песком. Дан тоже когда-то этим занимался… Предметом его особой гордости, кстати, была способность тащить целый мешок в одну харю.
Женщины номада кинулись раскрывать тканевые навесы в центре, где вскоре будет оборудована кухня и помывочная. Несколько сборщиков с лопатами резво устремились к месту, где был старый колодец. Его требовалось раскопать, почистить и привести в порядок.
Дан подогнал фургон к внутренней стене, заставляя возмущённо ревущих воллов пятиться задом, а потом заблокировал передние колёса и спрыгнул на землю. Ему ещё предстояло поймать пару пацанов, что наполнят их со Стариком мешки. Сам Старик принялся снимать тяжёлые ставни с окон, чтобы поставить их навесом над защитной надстройкой на крыше.
Фор-Ност полон опасностей. Никто не верит в них, глядя на каменистые пустыни, украшенные столбиками кактусов и кустарниками с красными с одной стороны и тёмно-зелёными с другой стороны листьями. А ещё на плоские как стол равнины, поросшие жёсткой оранжевой травой. И на редкие деревья с красноватой листвой, напоминающей волосы. А также на величественные обрывы низких гор, протянувшиеся во всех направлениях, и на глубокие каньоны, что пробили ветер и вода в древние времена. Эта земля кажется совершенно пустой — а оттого почти безопасной.