Перед глазами Старгана, на старом, бледном, напылённом на роговицу глаза экране появилась схема блоков интеллектуальной составляющей робота.

«Что же там можно было поломать-то? Зрительный образ человека? Нет! — Дан решительно отмёл такое нелепое предположение. — Эта консерва тогда бы тыкалась во все углы. Там же всё слито в единый алгоритм распознавания. Что-то в логическом блоке? А что? Что отличает местных от землян?.. Ну само собой!.. Ой, как рискованно… Мама, папа, простите, но придётся подставиться…».

— Никому ничего не делать! — приказал друзьям Старган. — Стойте и не шевелитесь! Попробую его заговорить…

— Дан, ты о чём?! — зашипел Мигель.

— Стойте! Тихо! — глава вадсомада вздохнул и заговорил. — Robot, chelovek v opasnosty!

К вящему удивлению касадоров, странные и совершенно непонятные слова Дана неожиданно вызвали реакцию со стороны механизма. Тот пошевелился, выпустил из себя тонкую металлическую палочку, раскрывшуюся, как цветок, в странной формы бутон — и принялся ей бешено вращать.

— Ludej ne obnaruzheno! — наконец, заявил робот. — Signatury chipov otsutstvujut!

Дан с некоторым облегчением выдохнул. И даже мысленно похвалил себя. Роботу и в самом деле сломали логический блок, заставив интерпретировать человека только по сигнатуре чипа. В этом имелась одна большая опасность — детям до шести лет не вшивают чипы. Самое раннее — в четыре года, как ему самому. А, значит, все дети могут оказаться целями. Но если робот не находится на Земле (или вообще не покидает корабль), то и беспокоиться не о чем. Вроде бы…

Вот только крылся в этой уязвимости логического блока один-единственный недостаток. Пусть в Солнечной системе и нет человека, который бы не мог вовремя зарядить аккумулятор своего персонального чипа… Но всегда существовала возможность того, что чип всё-таки сядет и не сможет передавать индивидуальную сигнатуру. И если бы создатели робота подобной возможности не учли, Дан бы сильно удивился. Причём он был уверен, что аварийные протоколы для такого случая зашиты всё в том же ядре, которое невозможно взломать, не уничтожив «и псину».

Слова «и псина» в родном для Дана языке шутливо передавали более длинный научный термин — искусственный псевдо-интеллект. Так назывался набор информационных блоков, систем и модулей памяти, фактически отвечавший за функционирование любого робота. Поэтому фраза «Сделаем тушку и псину» означала именно создание робота, а вовсе не бессмысленный набор слов.

— Robot, akkumul’ator personal’nogo chipa sel. Trebuetsia identifikacija po lich’nomu kodu I biometricheskim dannim! — проговорил Дан, выходя из укрытия.