«Хватит! Нельзя постоянно к Беккеру обращаться! — приказал себе Стивен. — Иначе он, чего доброго, ещё приберёт мой номад к рукам… Соберись, Стивен Айвери! Сколько раз ты ходил по этим землям… Ну и где тут можно нанять ещё людей?».

Наёмники, наёмные касадоры, золотые стрелки — как их только не называли… И не потому стрелки были золотые, что стреляют очень хорошо, а потому, что после оплаты создаётся ощущение, что их пули отливали из золота. Обычно они трутся на побережье — и там предлагают свои услуги заезжим аристократам и состоятельным приезжим из Старого Эдема. Но уж больно велика конкуренция за такие хлебные места… И те наёмники, что похуже, отправлялись вглубь континента — в надежде продать свои услуги «правильным» касадорам.

В общем, теперь у Стивена оставался только один выход: обратиться к ним. Благо, добычу в этот раз сняли настолько богатую, что просто дух захватывало…

«Не жадничай, Стивен, не жадничай! — подбадривал себя новый руководитель номада. — Будет ещё и на твоём веку хороший улов. Обязательно будет! А сейчас надо обезопасить себя…».

Правда, Стивен пока не представлял, как скрыть, что у него три четверти бойцов — наёмники. Однако был уверен, что как-нибудь выкрутится. Поставит лагерь подальше, запретит новеньким показываться на глаза чужим касадорам во время самфуна…

— Стивен! — окликнул его Роберт Арагот, глава дельтианцев. — Стивен, мать твою!..

Айвери-младший так глубоко погрузился в свои размышления, что не сразу обратил внимание на то, что его зовут. А Роберт не преминул воспользоваться этим, чтобы ругнуться в своё удовольствие. Стивену оставалось лишь сжать зубы и посмотреть на дельтианца как можно благожелательнее, скрывая всю ту ненависть, которую он испытывал к присланным ему в помощь.

Да, именно так. Союзники-дельтианцы нравились ему ровно до того момента, пока он не получил власть. После этого Стивен бы предпочёл, чтобы рядом и следа их больше не было. Увы, помощь он получил только при условии, что они останутся в номаде Айвери навсегда. Таково было требование Йохана Беккера. Роберт Арагот должен был стать советником Стивена, и тот его уже ненавидел всей душой…

Сам Роберт, поймав ненавидящий взгляд Айвери-младшего, ничем не выдал своего презрения к главе номада. Ему было удивительно, что этот самоуверенный придурок умудрялся скрывать свои чувства от брата. Хотя Роберт допускал, что виной всему была родственная любовь, ослеплявшая покойного Рональда Айвери. Однако ему-то как раз любовь Стивена не нужна была. Пока тот выполняет все рекомендации дельтианцев, он остаётся формальным главой номада. А попробует взбрыкнуть — тут ему и конец придёт.