Истрийский князь, которого я боялась до дрожи в коленках, оказался совсем не таким, как я представляла. Закрываю глаза и ловлю себя на ощущении — счастья. Простого человеческого счастья, которое теплотой согревает изнутри.
Вдруг мелодия затихает. Мы с Сандром замираем и смотрим в глаза друг другу. Парочки расходятся, партнёры меняются, а мы стоим будто к полу приклеенные.
Считываю с его лица вопрос: «Хочешь уйти?»
Качаю головой — нет!
Сандр улыбается и притягивает меня обратно к себе.
— Давай немного нарушим правила? — предлагает он. — И потанцуем ещё!
— Так мы ж не во дворце… — улыбаюсь в ответ. — Какие правила?
Вот так и пусть чародей со всеми своими кознями подождёт.
Оркестр заиграл вновь — теперь что-то более весёлое, игривое. Сандр закрутил меня в пируэте, да так лихо, что мир принялся вертеться перед глазами. Гости, обстановка вокруг слились в разноцветные пятна. Яркие, пёстрые или серые.
Вдруг среди безумной круговерти я увидела чёрную кляксу. Она выглядела дико и нелепо, как грязь на белом мраморе.
Иголочкой кольнуло под лопатку.
— Сандр, погоди! Остановись!
Князь услыхал, замер и меня к себе прижал, а взгляд обеспокоенный.
— Что случилось?
Вместо ответа оборачиваюсь и выискиваю взглядом черноту. И уже через секунду вижу её — блондинку в чёрном платье, с атласной лентой на шее. Она стоит среди музыкантов и смотрит прямо на меня, ухмыляется с видом победительницы.
Мари? Что она задумала? Холодок ползёт по плечам, а я раз за разом разглядываю хрупкую фигурку второй принцессы. Наконец взгляд цепляется за чёрную скрипку в её руке.
— Сандр, это она! — говорю и киваю в сторону оркестра. — Мариана!
Князь мигом притягивает меня к себе. В его объятиях спокойно, но сердце разрывается от дурного предчувствия.
— Она на сцене, среди музыкантов…
Вторая принцесса улыбнулась, грациозно подняла скрипку, приложила к плечу, затем посмотрела прямо на меня и одними только губами прошептала:
— Ты проиграла, деревенщина.
Затем смычок коснулся струн. Первые ноты — лёгкие, игривые, как стрекот весенних птиц — наполняют зал. Подрагиваю фители свечей на стенах. Магические кристаллы, украшающие потолок, тускнеют. Следом по телу Сандра проходит дрожь.
Зал наполняется звуками скрипки, а фейри, которые танцевали с гостями, вдруг сбиваються с шага, а некоторые и вовсе замирают оловянными солдатиками.
Где-то рядом раздался вскрик. Через миг я услышала звон разбитого бокала. Очарование вечера таяло, пропитывалось липким страхом, а всё пространство медленно и неотвратимо заполняли неведомые чары.
— Что это? — спрашиваю, а у самой ладошки леденеют.