— Мамочки… — за грохотом атаки я собственный голос не расслышала. Но страшнее всего стало от мысли, что Сандр в центре безумной круговерти. Он человек, а выступает против чародея, так ещё и на территории врага…
Всё вокруг затянуло серой пеленой с вкраплением волшебных искр, у меня чуть сердце не остановилось. Сандр… Мы же только встретились, а он сунулся в самую бездну ради меня.
Молнии ещё утихнуть не успели, а князь — вот он, как скала передо мной возвышается. Чёрная дымка, словно волшебный плащ, оберегает Сандра. Чародейские молнии хлещут вокруг, жалят воздух, но добраться до князя не в силах.
Разве такое возможно? Он же человек!
— Ты напал на мою невесту! Пощады не будет! — я не узнаю голос Сандра — сейчас в нём звенят гром и металл. Хочется в обморок свалиться, а я стою и князем любуюсь, как бестолочь. Но до чего же он восхитителен — хоть картину пиши.
— Жалкий человечишка, ты на моей… — договорить чародей не успевает — в него летят молнии. И не одна, сразу целый рой. Мало того, следом посыпались ещё и чёрные острые льдины.
Наконец-то мерзавца раскатают в тонкий блин!
Рано я обрадовалась! Истрийский чародей тоже оказался не лыком шит. Загудела вражеская защита, аж пол под ногами зашатался и стены задрожали. Будто весь недозамок решил на Сандра обрушиться.
— Щенок, думаешь, сумеешь одолеть создателя? — ухмыльнулся чародей.
Оказалось, молнии Сандра до злодея не добрались. Даже обидно… немного.
— В прошлый раз вы ударили в спину… Больше манёвр не сработает! А твою силу… Я отберу её! Истрийский род чародеев возродится! Все мои братья и сёстры вернутся, и тогда мы весь мир поставим на колени…
Амбиции у злодейской хари до неба достают и ножки на землю свешивают.
Враг взмахивает рукой — и пол под ногами Сандра исчезает, растворяется да так быстро, что приходится отпрыгнуть назад.
Вот же блин горелый! С таким успехом мы рискуем проиграть. Надо как-то помочь князю… Сандр держится, висит над пустотой и пытается защиту злодея пробить. Только вот мы на его территории — тут всё безвременье выступает как резерв чародея.
Пячусь от центра сражения и вдруг на кого-то натыкаюсь спиной. Оборачиваюсь и вижу Мариану, да ещё и с кинжалом наперевес. От страха я сестрице чуть по лицу не заехала, но в последний миг руку остановила. И то лишь потому, что Мариана, хоть и ножичком вооружилась, но держала его неправильно, не по-злодейски. Схватилась, как ненормальная, голой рукой за лезвие — вон аж по пальцам кровь течёт, а саму принцессу колотит и трясёт, будто от сильнейшей лихорадки. Это совсем на Мариану не похоже.