Там было семь страниц.

Не сто.

Уже достижение.

Первый раздел касался имущества.

Раздельные профессиональные доходы.

Прозрачность общих расходов.

Никакого автоматического перехода моей собственности под управление дома.

Второй — профессии.

Ливия Морен сохраняет право работать независимо от дома Реваль.

Дом не может требовать прекращения профессиональной деятельности из-за официальных обязанностей супруги.

Я подняла голову.

— Ты написал мое профессиональное имя Морен.

— Конечно.

— А если в быту я когда-нибудь захочу использовать Реваль?

Адриан помолчал.

— Тогда это будет твой выбор.

Я вернулась к тексту.

Третий раздел.

Никакая магическая печать, включая защитные, родовые и наследственные функции, не вводится без независимого аудита мастера, не связанного с домом и Огненными Союзами.

Четвертый.

Никакое решение, затрагивающее здоровье, профессию, имущество или юридический статус одного супруга, не может быть принято другим «из соображений безопасности, разумности или интересов дома» без его участия, кроме экстренной ситуации, где человек физически не способен выразить волю.

Я посмотрела на Адриана.

— Это ты сам написал?

— С помощью юриста.

— Какая часть твоя?

— «Из соображений разумности».

Я рассмеялась.

— Хорошо.

— Знал, что оценишь.

Пятый раздел касался обязанностей дома.

Я не становилась автоматически хозяйкой всех социальных, представительских и семейных функций.

Если соглашалась на конкретную роль — она описывалась отдельно.

Если нет — дом организовывал ее без меня.

Шестой.

Любая будущая тема наследника не являлась условием сохранения брака.

Если вопрос преемственности снова становился политической проблемой, он решался отдельно от моего медицинского статуса и права оставаться супругой.

Я задержалась.

— Это совет видел?

— Нет.

— Почему?

— Потому что сначала это между нами.

— Потом им может не понравиться.

— Наверняка.

— И?

Адриан пожал плечами.

— Тогда не понравится.

Я закрыла папку.

— Зачем принес именно сейчас?

Он не ответил сразу.

— Потому что хочу попросить тебя построить со мной новый брак.

Вот.

Без кольца.

Без колена.

Без зала.

За моим кухонным столом.

Я смотрела на него.

— Не вернуть старый.

— Нет.

— Не потому, что долг погашен.

— Нет.

— Не потому, что совету снова нужна жена главы.

— Совет будет счастлив, если я несколько месяцев вообще никому не предложу ничего, что может вызвать еще одно собрание.

Я улыбнулась.

— Понимаю.

Адриан стал серьезнее.

— Я прошу не сейчас ответить. И не на условиях, которые написал я. Ты можешь изменить все. Добавить. Вычеркнуть. Сказать нет.

Я медленно провела ладонью по папке.

— А если скажу нет?