Ливия Морен.

Я сделала ее сама еще до свадьбы.

Потом футляр несколько лет хранился в шкафу кабинета, который постепенно превратился в комнату для семейных бумаг.

Я поставила его на стол.

Открыла.

Внутри лежали инструменты мастера.

Измерительная нить.

Серебряные скобы.

Пластины для чтения гражданских печатей.

Флаконы с давно испорченными реактивами.

Старый блокнот.

Я взяла одну из пластин.

Пальцы помнили вес.

Не работу.

Пока только вес.

Сверху на книгах лежал конверт.

Почерк Адриана.

Я не хотела открывать.

Потом решила, что если это касается вещей, лучше прочитать сразу.

Внутри была короткая записка.

«Маркус передал первую часть личного имущества. Архивная служба готовит копии медицинских записей и документов по годовщинам. Я дал согласие на полный запрос Королевской Палаты. Остальное имущество отправят после твоего подтверждения списка.

Адриан».

Никаких личных слов.

Правильно.

Я положила записку рядом.

Через десять минут постучал гостиничный служащий.

— Госпожа Морен, для вас сообщение из Королевской Палаты.

Я подписала получение.

На этот раз письмо было официальным.

Адриан прошел первичное обследование драконьего ядра.

Избыточный жизненный ресурс подтвержден.

Совместимость с моим долговым направлением подтверждена повторно.

До завершения расширенного анализа Палата запрещала любые самостоятельные попытки передачи.

Внизу стояла еще одна строка:

«Получатель жизненного ресурса не вправе передавать спорные единицы третьим лицам, расходовать их посредством намеренного магического истощения или изменять структуру ядра до разрешения производства».

Я прочитала дважды.

Королевская Палата фактически заморозила семь моих лет внутри Адриана до окончания проверки.

Хорошо.

По крайней мере, он не мог решить проблему самостоятельно в своей обычной манере.

Я убрала документ в рабочий футляр.

Потом добавила туда медицинское заключение.

Свидетельство о разводе оставила отдельно.

Эти вещи больше не относились к одному делу.

Развод был решением Адриана и моим ответом на него.

Жизненный долг — возможным преступлением, происхождение которого еще предстояло выяснить.

Мне нужно было не смешивать их, даже если внутри меня они пока существовали вместе.

Я открыла программу восстановления лицензии.

Первая страница начиналась с перечня изменений в гражданском клятвенном праве за последние пять лет.

Их оказалось двадцать восемь.

Я вздохнула и взяла карандаш.

Через полчаса поняла, что читаю один абзац третий раз.

Тело требовало отдыха.

На этот раз я послушалась.

Закрыла папку, приготовила чай и легла раньше обычного.

Перед сном мне снова вспомнились слова Айры Сен.