– Да, конечно. Следуйте за мной.

– За кем, блять? Тебя тут нет, ебло тупое.

В следующий миг из земли вырос человек. Белоснежный, выглядящий словно оживший манекен. Я узнал его ебальник: это он когда-то затянул меня в белые стены на Земле. Это действительно был Гелион.

Манекен жестом пригласил нас следовать за ним.

Я принял приглашение и поспешил следом за Белым Человеком. Пока шёл, не переставал удивляться, что всё пока проходит куда проще, чем мы ожидали. Пиздец, конечно, как нам прёт сегодня: на орбите не расстреляли, при посадке не расстреляли, после посадки не расстреляли, и Капитан вот заткнулся. Может, Худший ещё сам мне пушку даст и разрешит его захуячить без прелюдий в виде многочасовой драки и перестрелки?

В какой-то момент, подходя к деревне, я заметил появившуюся странность: всё, на что я смотрел, словно наполнялось красками, то есть обретало цвет. Трава становилась зелёной, небо голубым, собаки принимали привычный Земной окрас.

– У тебя тоже всё, на что смотришь, цветным становится? – поинтересовался я у Капитана.

– Да, – коротко ответил он. Ему, кажется, было вообще похуй: он думал о чём-то своём и, кажется, стал снова таким же ёбнутым, каким разбудил меня на корабле.

– Особенность Гелиона, – пришёл на помощь с разъяснениями Белый Человек. – Я создавал эту планету для себя, а я не очень люблю краски. Из-за дурных воспоминаний из детства…

– Покрасил яйца в цвет радуги и приманил клоунов-педофилов? – предположил я.

Блять, вот почему я не умею держать язык за зубами? И я не про то, что мог попасть в цель и напомнить бедолаге про пережитое клоунское изнасилование. Просто ведь я мог сразу подумать о том, что этот мой вопрос-прикол приведёт к злоебучей истории. Как же я ненавижу ёбаные истории…

– В детстве мне было тяжело видеть мир в цвете, – ожидаемо принялся рассказывать Белый Человек. – Мой разум был ещё слишком слаб для этого. Мама выкрашивала стены в белый цвет и завешивала всё вокруг белыми тряпками, чтобы уменьшить количество красок. На самом деле не было большой разницы цветным всё было или белым – решающую роль играло количество деталей. Но с тех пор я чувствую себя уютнее в окружении именно белого цвета.

В голосе его слышалась грусть.

– А я чувствую себя уютнее, когда меня не окружают ебучие шизики, но такого давненько со мной не случалось… – не менее грустным голосом заметил я.

Мы вошли в поселение. Как только я ступил на засыпанную гравием дорожку, всё вокруг залилось красками. Теперь это была та самая ебучая деревня, в которую я когда-то приебошил через лес. Один, сука, в один. Только теперь тут были люди. Они работали на огородах, ухаживали за скотом, кто-то рубил дрова, кто-то красил забор. Они общались, улыбались, вокруг бегали счастливого вида дети.