Этот был невероятных размеров и скорее напомнил удивительный фэнтезийный мир одной моей знакомой писательницы, Эллы Соловьёвой, у которой главными героями произведений были огромные драконы.

Отвернуть самолёт в сторону у меня не было ни единого шанса, да я и не пыталась, а вернее сказать, даже не попыталась, потому как это длилось не дольше секунды, максимум две. Во всяком случае, Виталик успел, заломив руки, прикрыть голову и что-то выкрикнуть. Причём, когда он кричал, силуэт дракона, на боку которого светилось множество белых ярких пятен, исчез.

Самолёт встряхнуло, бросило влево, и кабина завибрировала, сотрясаясь будто в истерике.

Ну хоть недолго, словно дракон взмахом крыла создал турбулентность и снова канул в черноту.

— Что это было⁈ Что это было⁈ — крик Виталика прокатился по кабине.

Вместе с ним раздался женский визг и непереводимый фольклор безопасника. Если вспомнить анекдот и из тирады старлея убрать матерные слова, можно было условно сказать: он единственный, кто молча наблюдал за пролетевшим чудищем.

Но во всяком случае, я поняла, что не у одной меня глюки, а вернее сказать, раз эти глюки посетили всех одновременно, то это и не глюки вовсе.

В то, что нам таки да попался навстречу дракон, вырвавшийся на волю с какого-нибудь секретного зоопарка, от учёных всего можно ожидать, тихо верилось. А с другой стороны, мало ли, а вдруг парк юрского периода вовсе не фантазия режиссёра и на территории СССР где-то существовало нечто подобное под страшным грифом. Выращивали как новое биологическое оружие против стран западного альянса. Были прецеденты.

Однако я больше склонялась к мысли, что мимо пролетел не оживший монстр, а нечто более реальное, во что можно было сходу поверить. А именно: ещё один такой же лайнер, который спешил по своим делам и двигался по своему эшелону.

Мы-то уже как минимум один виток вниз сделали и оказались на полтора, а то и два километра ниже, и это вполне вписывалось в общую картину.

Однако, учитывая, что длилось это какое-то мгновение, с точностью утверждать, что мимо прошёл лайнер, я не могла, да и некогда было.

Передо мной всё ещё стояла задача выровнять самолёт при помощи элеронов и вытащить его из пике, плавно потянув штурвал на себя, что, в принципе, как помнилось, было несложно.

Бросила взгляд на горизонт и застыла на мгновение.

«5 градусов? 5 градусов!»

Да, я помнила, как мой инструктор рассказывал, что если вовремя отдать штурвал от себя и при правильной центровке, воздушное судно само в состоянии вернуться в горизонт, что, мол, это заложено инженерами.