— Наконец.

— Не трогай поверхность без перчаток.

Она сразу убрала руки.

— Я вымыла их.

— Это не имеет значения. На столе будут образцы.

— Вы умеете испортить хороший момент.

— Хороший момент будет, когда лаборатория начнет приносить деньги.

— Тогда сегодня праздник отменяется.

Я достала из шкафа три чистые защитные коробки.

До анализа флаконов оставалось еще одно дело.

Нужно было понять, откуда они пришли.

Леона появилась ближе к полудню вместе с владельцем небольшого городского склада по имени Рем Лорс. Он был невысоким, плотным мужчиной с тщательно подстриженными усами и привычкой теребить пуговицу на жилете.

В складских книгах Лорса нашлось первое упоминание партии Р-17, доступное вне коллегии.

Он не хотел приходить в аптеку.

Леона убедила его только после того, как показала копию запроса городской стражи и пообещала, что разговор пройдет без официального обвинения.

Мы сели в торговом зале.

Тея осталась за прилавком и делала вид, что пересчитывает пустые банки. На самом деле слушала каждое слово.

— Я уже дал показания, — начал Лорс. — Все накладные, которые сохранились.

— Городской страже? — спросила Леона.

— Да.

— Им вы сообщили, что документы по партии Р-17 изъяли после смерти Беатрисы Морвейн?

Пуговица на его жилете повернулась между пальцами.

— Не изъяли. Забрали на сверку.

— Кто?

— Служащий лечебной коллегии.

— Имя?

— Не помню.

Леона положила перед ним чистый лист.

— Опишите.

— Мужчина. Лет тридцати, может, больше. В сером плаще.

— Знак должности?

— Обычная печать коллегии.

— Документ на получение книг?

— Был.

— Где копия?

— Он сказал, что вернет книги вместе с актом.

— Вернул?

— Нет.

— Вы потребовали?

Лорс раздраженно дернул плечом.

— У меня склад, госпожа Фарр. Не судебная палата. Коллегия проверяет лекарственные поставки, я обязан предоставлять бумаги.

— Не оригиналы без расписки.

— Я не юрист.

— Поэтому сейчас разговариваете с юристом.

Он посмотрел на меня.

— Я не виноват, что ваши семейные дела превратились в городское расследование.

— Какие семейные дела? — спросила я.

— Вы были женой Аркхарта. Потом развод, скандал, теперь лекарства.

— Развод не имеет отношения к вашим накладным.

— Может, не имеет. Но после него вокруг этой партии все забегали.

Леона подалась вперед.

— Книги забрали до развода. Через два дня после смерти Беатрисы.

Лорс снова взялся за пуговицу.

— Я даты не помню.

— Я помню. Ваш помощник записал визит в журнал ворот.

Она показала копию.

Склад работал через общий торговый двор. Каждый посетитель отмечался у сторожа.

Через два дня после пожара туда действительно приехал служащий коллегии. Он провел внутри почти три часа и уехал с двумя ящиками документов.