На столе уже стоял темный флакон Северина. Я поставила новый рядом, оставив между ними расстояние.
Разные препараты.
Разные назначения.
Будущий жених и женщина, которую Совет выбрал ему в жены.
На обеих этикетках стояла одна отметка: Р-17.
Глава 8 Номер на флаконе
Ивара пришла на следующий день ровно в девять.
С ней были тот же молодой служащий и незнакомый мастер по защитным контурам. Они принесли два ящика с проверочными кристаллами, переносную печать Гильдии и официальный журнал, в котором каждая строка уже была размечена под подписи.
Я ждала их в лаборатории.
За последние три дня мы с Теей вычистили стены, промыли каменные чаши, разобрали вытяжной канал и заменили две поврежденные пластины в защитном круге. Трубочист, которого нашла Тея, подтвердил письменно: смесь золы и закрепителя в канале появилась до пожара и не могла накопиться сама.
Леона уже приложила его акт к запросу о повторном расследовании смерти Беатрисы.
На рабочем столе стояли только чистые инструменты. Все неизвестные вещества мы убрали в запираемый шкаф. Флаконы Р-17 хранились отдельно в кабинете и должны были появиться здесь только после разрешения Ивары.
— Вытяжка работает? — спросила инспектор.
— Проверяли дымовой пластиной. Тяга ровная.
— Защитный круг запускали?
— Только слабый отклик без замыкания.
Мастер присел возле центрального знака. Он проверил каждое соединение, заменил одну медную скобу и попросил меня провести пробный импульс.
Я встала в центр круга и положила ладонь на рабочую пластину.
Дар после процедур Финна и Северина восстановился не полностью. Я чувствовала это по тому, как медленно различала отдельные слои защитной линии. Но для запуска требовалась не сила, а точность.
Я направила короткий импульс в первый узел.
Свет прошел по окружности, отозвался возле печи, затем вернулся к центральной пластине. В чашах с контрольной водой не появилось ни ряби, ни изменения цвета.
— Потери допустимые, — сказал мастер. — Нижний участок стены стоит проверить еще раз через месяц.
Ивара сделала запись.
После этого началась проверка воды, вытяжки, печи, стола, стекла и хранилища. Она длилась почти два часа. Тея выполняла только те действия, которые разрешались ученице без договора: подавала инструменты, записывала показания и меняла воду.
Я работала медленнее, чем раньше.
Ивара заметила.
— Руки еще не восстановились? — спросила она, когда я второй раз не смогла сразу открыть тугую крышку.
— Чувствительность вернулась не полностью.
— После разделения герцога Аркхарта?
— Да.
— Почему в акте указана только временная слабость?