Она кивнула и вышла. Я закрыл дверь на замок. Москва есть Москва. Сегодня одну подружку приведет, завтра другую. Послезавтра третью, а через месяц за мной приедут, усадят в «рафик» и «Поехали, Антон Николаевич, ваши способности нужны родине, точнее, её лучшим представителям!». Нет уж, хватит мне одной Светки.
Глава 27
Глава 27.
Графиня и её ухажёр
Мишка и Андрюха уже стояли возле входа под голубыми ёлочками. Возле кафе «Театральное», что находилось рядом с областным драмтеатром, была высажены два рядка голубых ёлочек. Деревья были еще совсем молоденькие, невысокие, лет десяти, не больше.
— Подружки где? — спросил я.
— Внутри, — мрачно буркнул Мишка. — Минут десять уже кофе пьют.
— Так время еще, — я взглянул на часы, — без пяти шесть. Что так рано?
— «Пятёрка» так пришла, — пожал плечами Андрюха. — А ты реально богат? В смысле, деньги есть?
— Есть! — успокоил я его. — Наталья Михайловна тоже там?
— Кто? — ошарашенно взвился Андрюха. — Наташка? С какого перепугу?
— Любовь у них, — сообщил равнодушно, смоля сигарету, Мишка. — У тебя Ирка, у него Наташка.
— Она ж старше нас! — удивился Андрэ.
— Хрен ровесников не ищет, — всё также флегматично отозвался Мишка.
— Ща в лоб дам! — сообщил я.
— Ладно тебе, — отмахнулся он, шутливо разводя руками в стороны. — Ну, извините, барин!
Он затушил окурок. Бросил его в громадную каменную урну, стоящую у входа.
— Пошли? А то холодно.
— Вы идите, — сказал я, срисовав цветочный магазин «Флора» метрах в двадцати от нас. — А я подожду еще минут пять-десять.
— Заказ делать? — подобрался Андрэ.
— На себя делайте, — согласился я и, увидев его хитрую морду лица, добавил. — Только поэкономнее, поэкономнее. А то сами расплачиваться будете.
Они скрылись за дверью, а я рванул в цветочный. К моему великому сожалению там других живых цветов, кроме красных гвоздик да белых хризантем, ничего не было. Разве что в горшках. Я приобрел пять белых хризантем и добавил к ним две красных гвоздики. Композиция получилась достаточно симпатичная.
И вернулся я вовремя, успел: Наталья Михайловна уже подходила к кафе. Точнее, почти бежала от остановки. А завидев меня, замедлила и пошла уже совсем неторопливо.
Я направился к ней навстречу. Остановился, чмокнул в щеку, вручил букет, завернутый в газету (увы, иной упаковки в магазине на обнаружилось).
— Ничего, если я его в помещении посмотрю? — спросила Наталья Михайловна после ответного чмоканья и тоже в щеку.
— Идём скорей, а то холодно! — я взял её за руку.
Ребята в ожидании нас сдвинули два стола в один, благо посетителей, несмотря на субботний вечер, в кафе было мало. Мы подошли к столику, поздоровались. Мишка с Иркой отреагировали спокойно: Ирка в нашей школе не училась, Мишка и так знал про наши взаимоотношения. А вот Андрюха и Алёнка вытаращили глаза. Алёнка знать не знала, а Комар, как оказалось, до конца всё-таки не верил, что мы с Натальей Михайловной да хороводимся.