— Ну-ну, — Фога покачал головой. — Обидно ему…
Он посмотрел на меня, хитро улыбнулся:
— Но домой съездить тоже хочется…
— Отлично! — я весело хлопнул его по плечу. — Согласен?
— У тебя получится? — Фога всё-таки был настроен скептически.
— Ну, я ж колдун!
Глава 5
Глава 5.
You’re in the army, in the army now
На следующий день после обеда я вручил Фоге два билета на самолет «Чита-Москва» и «Москва-Чита» с трехнедельной разницей в датах. Причем, самолет «Чита-Москва» вылетал уже сегодня в ночь.
Мы переоделись, закрывшись в служебном туалете: я в его пижаму, он в мою одежду, благо размеры почти подходили. Я был покрупнее, но зато его пижама с халатом были безразмерными. Бельем решили не меняться. Я сунул Фоге рублей триста «червонцами».
Наложил на него свою личину, изменившую только лицо:
— За два часа ручаюсь. Потом станешь самим собой. Впрочем, тебе только за КПП выйти.
— Паспорт мой не потеряй, — я продолжал его инструктировать. — Через три недели буду тебя ждать.
Слияние мы сделали вчера прямо в курилке. Я влез в его воспоминания, не давая ему залезть к себе. Он даже, кажется, ничего и не понял. То, что я увидел в его воспоминаниях, только укрепило меня в мысли, если уж не навести порядок в его части, так, по крайней мере, наказать ублюдков.
Мы договорились, что он подъедет к КПП части, вызовет меня. Скажет, что приехал брат. Близнец. Всё равно, никто проверять не будет. А к родственникам даже с «губы» вызывают.
— Надеюсь, часть еще будет существовать к моему возвращению, — хохотнул довольный Фога.
— Я даже не надеюсь, я пытаюсь верить в это, — ответил я многозначительно.
Наложение его личины на меня прошло более сложней и даже немного болезненней. Пришлось немного перестроить внешний вид всего тела. Впрочем, не очень сильно. Я рассчитывал, что Фога отсутствовал в части уже четыре месяца, время прошло, может, его если не забыли, то уж не особо запомнили. Во всяком случае, из сослуживцев на его телосложение мало, кто обращал внимание.
Фога, испуганно вытаращив глаза, смотрел, как я менял свой облик на его. Когда все закончилось, он сказал, заикаясь:
— Ну, Антоха… Ну, ты даешь! Ладно!
— Давай, успокаивайся и выходим, — я открыл задвижку туалета, выглянул в коридор. — Пошли.
Мы вышли в коридор, дошли до кушетки, стоявшей у выхода на лестницу.
— Смотри, твоя личина на мне продержится три недели, — напомнил я ему (соврал, конечно, повторно можно было бы наложить, только у меня тоже дела были на «родине»).
— Я помню, — кивнул Фога.
— Сейчас бери такси и дуй в аэропорт, — посоветовал я. — Лучше там до вечера посидишь. Готов?