— О чём? О том, что все эти негативные проявления носят исключительно частный характер?
— Антон! — грубо оборвал меня Денис. — Ты можешь помолчать, в конце концов?
Я заткнулся. Что-то я, действительно, разошелся. Несколько раз вдохнул-выдохнул, чтобы успокоиться.
— Мы следили за Славиным, — сообщил Устинов. — В разработке он у нас в связи с многочисленными злоупотреблениями, фарцовкой, валютными махинациями и прочими. А его приятель, которого ты вместе с ним отправил на больничную койку, и вовсе собирался слинять за границу. Сначала хотел через Болгарию в Турцию. Между этими странами граница насквозь прозрачная. Он турпутевку уже стал присматривать, да мы не дали. Решили ему задачу усложнить. Так он в Батуми через знакомого катер приобрел. Весной собрался нас покинуть. Ну, ладно, это дело десятое.
Он перевел дух.
— Помощь нам опять твоя нужна. Мы сейчас работаем по некоторым очень высокопоставленным товарищам. Материалов для задержания хватает. Но есть одно «но». Там, — Денис ткнул указательным пальцем вверх, — могут не дать санкцию на задержание и арест. А вот если будет чистосердечное признание да еще снятое на камеру, тогда сто процентов санкция обеспечена.
— А моя роль в обеспечении чистосердечного признания на камеру? — ехидно усмехнулся я.
— Именно! — подтвердил Денис. — Исключительно чистосердечное признание и никакого вранья и оговоров. Поможешь? Без тебя, дружище, ну никак.
Я задумался. Цель вроде благая, «конторщики» мне нужны. По крайней мере, пока нужны. Можно попробовать. Только не давая себе сесть на шею.
— Завтра! — объявил я. — После занятий приезжаешь ко мне, забираешь меня и едем к тебе. Предварительно на один раз. Надо посмотреть.
— Конечно, конечно! — обрадованно согласился Денис и, запнувшись, попросил. — Ты больше так никому из моих коллег насчет избирательности нашего законодательства не говори, хорошо? Я-то, ладно. Я никому не скажу. А кто-то вполне может тему развить дальше. Я не скажу, что тебе это выйдет боком, но жизнь может здорово осложнить. Кстати, мне тоже.
— Потому что вовремя не доложил? — засмеялся я.
— Именно! — Устинов остался серьезен.
* * *
Под сиденьем водителя мигала едва заметным красным светодиодным глазком «планка», устройство для прослушивания и записи разговоров.
Глава 37
Глава 37.
«Барин»
На следующий день после четвертой пары Устинов ждал меня там же, в фойе. Если вчера я был в джинсе, то сегодня надел костюм, светлую рубашку, повязал галстук. Всё-таки в гости к чекистам иду, не к каким-нибудь профсоюзно-комсомольским «шнуркам», то есть чиновникам.