Я сжал кулаки. Обида кольнула самолюбие.

— Я справлюсь. Моя антимагия…

— Твоя антимагия не спасет тебя, если тебе снесут голову раньше, чем ты поймешь, откуда пришел удар, — жестко отрезала она. — Ты пьян силой, Александр. Ты привык, что твое тело было слабым, и полагался на хитрость. Теперь твое тело стало оружием, и ты забыл про хитрость. Ты попер напролом. С «четверкой» это будет последняя ошибка в твоей жизни.

Она взмахнула рукой. Воздух рядом с нами сгустился, закручиваясь в темную воронку портала.

— Остынь. Ты получил новую игрушку, но еще не научился ею пользоваться так, чтобы не пораниться самому.

— И что мне делать? — рыкнул я, чувствуя, как адреналин все еще требует действия. — Медитировать?

— Жить, — усмехнулась Лира, и в этой усмешке снова промелькнуло привычное ехидство. — Возвращайся в свой мир. В мир людей. Она кивнула на портал. — Попробуй прожить там хотя бы день и ничего не сломать. Ни вещей, ни судеб. Ты сейчас — стихийное бедствие. Проверь себя там. Если сможешь контролировать эту мощь, когда вокруг хрупкие людишки и их картонные стены… тогда, может быть, мы поговорим о Четвертом уровне.

Я хотел возразить, хотел потребовать продолжения охоты, но взгляд ее золотых глаз не допускал возражений. Она была права. Я чувствовал это где-то на краю сознания. Я действительно едва сдерживался, чтобы не разнести здесь всё просто ради удовольствия от ощущения собственной мощи.

— Хорошо, — выдохнул я, заставляя себя расслабить мышцы. — Я тебя услышал.

— Вот и умница, — промурлыкала она, теряя интерес. — Иди.

Ледяной ветер высокогорья мгновенно сменился спертым, пыльным воздухом общежития. Тишина гор уступила место далекому гулу ночного города и храпу соседей за стеной. Портал за моей спиной схлопнулся беззвучно, оставив меня в темноте моей комнаты.

Я аккуратно, стараясь контролировать каждое движение, потянулся к выключателю. Щелк. Свет зажегся. Выключатель уцелел.

Кажется, я справлюсь. Посидев выпил чая, успокаиваясь завалился спать.

Я открыл глаза за мгновение до того, как должен был сработать будильник. Никакой сонливости. Никакой тяжести в веках. Мое сознание включилось мгновенно, как лампочка в темной комнате. Сев на кровати, спустив ноги на холодный пол, и прислушался к себе. Тело гудело. Это была не боль от вчерашних перегрузок и не тошнотворная слабость первых дней после операции.

Мне казалось, что моя кожа стала тесной. Словно я вырос из собственной оболочки, и она натянулась до предела, готовая лопнуть от любого резкого движения. Встав, я потянулся. Позвоночник отозвался серией громких щелчков. Лира была права. Я чувствовал себя слоном в посудной лавке.