— Мой юный друг, — приветствовал его альв. — Последние погожие деньки, прогуляемся по саду?

Особняк Сварта был небольшим, но — Никодемус знал, — был оборудован всеми техническими новинками. Вокруг рос слегка запущенный, но красивый сад, сейчас больше всего напоминавший вырезанные из бумаги силуэты. Черные горбатые стволы яблонь, голые колючки на розовых кустах.

— Итак, — сказал альв, когда они свернули в тисовый лабиринт, — все уже в курсе происшествия с нашим младшим принцем. И последствий, которые нас настигают.

Принц Юхан в принципе был парнем неплохим, подумал Никодемус. Его «последствия» ни в какое сравнение не шли с тем, что творилось на континенте южнее. Там правящие особы и их родственники отделывали яхты на сумму, равную годовому бюджету Дальгрии, закатывали вечеринки с павлинами и леопардами, содержали актрис и незаконнорожденных детей. Его Высочество Юхан один раз разбил автомобиль — не самой новой модели, — на сельской дороге, в студенческую пору пил, пел и шумел — как все прочие студенты. Но вот сейчас — попытка порчи произведения искусства, тем более не простого… Теперь ему была одна дорога — трудиться, и еще раз трудиться.

— Конечно, ваши люди этим уже занимаются, — продолжал Сварт, — я на тесной связи с герром Мунком уже третий день.

«Вот почему шеф в таком отвратительном настроении», — подумал Никодемус.

— И я лично попросил усилить охрану принца — тобой.

— Почему?

— Вот поэтому, например. У тебя даже тени удивления на лице нет.

Никодемус пожал плечами.

— Ты молод, работаешь в магической разведке не так давно, не успел принять какую-то сторону в вашей вечной подковерной борьбе. Твое происхождение дает тебе шанс посмотреть на всё происходящее со стороны.

— То, что я из крестьян? — уточнил Ник.

— Именно. Ты — новый элемент. Восхитительно новый, до этого времени выходцам из низов редко когда удавалось что-то изменить.

На подначки Ник научился не реагировать еще в шесть лет в сиротском приюте, но сейчас откликнуться очень хотелось. Сварт беседовал с ним не первый раз. «Прощупывал» называлось это на профессиональном языке. Никогда не говорил прямо, после бесед с ним приходилось просиживать то в библиотеке, то в архивах, и всякий раз этого оказывалось недостаточно при новой встрече.

Ник рос в приюте на севере до семи лет. Сбегал несколько раз, пока его в одном из путешествий не нашли Густав и Марта и не взяли к себе. Точнее, это он их нашел, конечно, с тех пор вопрос о том, что там случилось с его настоящими родителями, никогда его не волновал. Он вырос на хуторе у озера Стина, пошел там в школу, потом оказалось, что у него есть хорошие способности к магии, и родители согласились отправить его на учебу в столицу.