После первого раунда оказалось, что наша команда выиграла во всех партиях, и мы неожиданно для всех вырвались вперед. Во втором раунде Магнус предложил ничью сопернику, но на место в рейтинге это никак не повлияло. Как и сказал Эрик, собравшиеся поиграть были в большей степени людьми бизнеса, а не шахматистами.

После перерыва мы сыграли еще две партии, прежде чем перейти к финалу. Я быстро поставила мат парню чуть старше меня и отправилась посмотреть игру Эрика, положение которого не было таким уж радостным. Быстро просканировала доску. Понятно. Эрик проиграет, если не случится чудо. Потом глянула на расклад фигур Свена и его соперника. Здесь ситуация была получше. Магнус тоже расправился со своим противником и присоединился ко мне. Мы ждали окончания партий остальных.

– Мира, – тронул меня за плечо Магнус. – Что ты будешь делать с деньгами? Даже если первое место мы не возьмем, то возьмем второе, а там тоже неплохой приз.

– Не знаю, – фыркнула я. – Есть предложения?

– Может, наймешь телохранителя?

– Почему? – хихикнула я. – Думаешь, кто-то из проигравших решит отомстить?

– Нет, я думаю, что тебе потребуется защита, потому что твой хоккеист выглядит так, будто хочет тебя убить.

Роберт стоял среди зрителей и тех игроков, которые выбыли из турнира, но решили остаться до конца, чтобы увидеть победителей на церемонии награждения. Внешне он казался спокойным, даже расслабленным, но его глаза затянуло льдом, холод которого достигал и меня. Повинуясь инстинкту самосохранения, я сделала шаг назад, чтобы спрятаться, скрыться за спинами сыгравших свои партии игроков. Но отступать было некуда, бежать тоже – пришлось бы пронестись мимо Роберта, ведь окна наглухо закрыты, а суперспособностями я со вчерашнего дня не обзавелась. Поэтому я осталась на месте, пригвожденная его взглядом, и ощутила на себе все, что он транслировал – смятение, злость, боль, радость, ярость, обиду, непонимание.

Я сглотнула. Как он здесь оказался? Откуда узнал?

Я беспомощно оглянулась, но за последние десять секунд ничего не изменилось – сзади меня плотной толпой, переговариваясь, стояли участники турнира, справа столы с играющими, а впереди – дверь, где стоял Роберт. Он был таким красивым, несмотря на небрежно взъерошенные волосы, щетину и усталость. Мне показалось, что его лицо осунулось, но, может быть, здесь просто такое освещение.

Он здесь.

Здесь.

В голове закружились воспоминания о нашем поцелуе, от чего захотелось броситься к нему в объятья, спрятаться на груди, залезть под кожу, вцепиться в него так, чтобы никогда не отпускать. О вселенная.