Талые лунки шли за ней по снегу цепочкой, и Сфера снялся с места следом, двигаясь шагах в пяти так плавно, что заметил это, похоже, я один. Молодой офицер по соседству со мной перестал дышать. Сорок шагов она прошла быстрее, чем я успел решить, как себя вести, и остановилась в двух шагах, задрав голову.

— Это же вы, — сказала она, — Пламенев? Настоящий. Черт, какой вы высокий! Я читала, что вы высокий, но там же сухие цифры, а тут… — Она повела рукой снизу вверх, от моих сапог до головы, и легко и звонко засмеялась. — Я все про вас прочла, все, что только можно. И знаете, что? Там нет главного. Там нигде не написано, что вы еще и красавец. Безобразие, я считаю!

Старший чиновник смотрел на эту сцену с усталым терпением.

— Евгения Аркадьевна, — сказал я и наклонил голову, — добро пожаловать на Стену.

— Спасибо! — Она просияла так, будто я сказал что-то замечательное. — Здесь у вас чудесно. Холодно кошмарно, но чудесно. А Стена и вправду выше облаков? Мне в поезде сказали, что с гребня облака видно сверху, я всю дорогу представляла и не смогла. Это как вообще?

— Сегодня облаков нет, — сказал я, пожав плечами. — Значит, увидите сами то, что вместо них. Но это проще показать, чем рассказать.

— Вот! — Она обернулась к чиновникам и ткнула в мою сторону варежкой. — Вот как надо разговаривать. Не «согласно описи», а «увидите сами»!

Молодой чиновник с папкой сделался откровенно несчастным. Старший вздохнул глубоко и беззвучно, одними плечами.

Морозов, уже подошедший к нам и вставший за ее спиной, кашлянул и попробовал вернуть утро в колею.

— Госпожа Кавелина, господа. Прошу за мной, для комиссии подготовлен осмотр крепости, начнем с…

— А можно не за вами? — спросила Евгения, оборачиваясь к нему через плечо. Спросила без всякой резкости, весело, и от этого прозвучало только хуже. — Вы не обижайтесь, господин комендант, вы наверняка все прекрасно покажете. Но я хочу послушать про крепость от того, кто на ней воюет. Господин Пламенев, вы ведь проведете нам экскурсию? Пожалуйста!

И уже договаривая это свое «пожалуйста», она мне подмигнула. Быстро, так что видел это, кажется, я один.

Подмигивание было не игривое и тем более не флиртующее, скорее деловое. Так подмигивает игрок партнеру через стол, когда заходит с нужной карты.

Похоже, Норов был прав и дочь Аркадия знала не только то, что писали в сводках. Про декабрь, про план службы на этот Улей, про то, чье кресло мне тут предписано. И похоже, подыгрывала она мне сознательно. Вот тебе и тактик.

Мне давали ход. И чем дольше я тянул с ответом, тем яснее понимал, что второй раз его не дадут. Глупо было отказываться.