— Марту-ун! — с едва заметной укоризной ответил на приветствие Эрик. Паха ответил спокойным прямым взглядом. Как царь Петя завещал.

Потом, когда Пашка будет пересказывать тёть Оле и лавэ этот мимолетный инцидент, он не сможет с уверенностью сказать, был ли в действительности этот ментальный диалог или под влиянием напряжённого момента — короли всё-таки — воображение разыгралось. Но какой-то контакт точно был и ощущался приблизительно так:

Эрик:«Зачем?»

Павел:«Было приказано позаботиться. Забочусь.».

Эрик:«Всего лишь маленькое неудобство, чтобы не слишком расслаблялся. Ничего бы ему не сделалось. Ты мне игру подпортил.».

Павел:«Разговор вроде о доверии шёл, командир.».

На самом деле, если разложить по полочкам все смыслы, то разговор был о том, чтобы добиться от Алу клятвы верности или её приемлемого аналога. Но разве обязательно для этого выводить и без того замордованного нейтрализаторами апрольца из зоны шаткого комфорта? Даже если сию секунду так проще на него давить. Особенно, если ты планируешь активно использовать нового подданного. Этого, хоть и битый жизнью, но всё ещё очень юный Пашка решительно не понимал. Эрик не то чтобы сильно разочаровал — тут наивных нэма, но как-то перестал вписываться в привычный образ. Ведь сын офицера Эрика действительно за командира почитал. Второго после Шенола. В горы с ним не раз ходил. На хуторе рядом впахивал. Нгурулов в Тырькином озере рядом купали. И всегда Эрик вел себя адекватно. А на озере — так даже по-человечески. И на тебе — царедворец.

Затянувшуюся паузу прервал Эльзис.

— Садитесь, господа, — его величество номер раз терпеливо дождался, пока Павел отомрёт, осмотрится, притащит от стены пару стульев, пристроит их чётко по центру между братьями и слегка пихнёт Алу, чтоб тот усаживался. Ну и сам присел, подавая пример. Эльзис в который раз подивился, как землянин и сидя умудряется выполнять команду «смирно». Только нынче у него это получалось с неким вызовом. Юный наездник так и транслировал в эфир: «К гадостям готов.». С одной стороны — неприятная дерзость, а с другой — любопытно, с чего бы это землянину проявлять пусть сильно завуалированное, но все же неодобрение деяний венценосных.

— Итак, — вновь заговорил Элизис, посчитав, что достаточно попрессовал ребят молчанием. На Алу действовало, а Мартун просто ждал. Если бы не амулет Раима, коронованные братья услышали бы, что парень не изводит себя пустой тревогой и не пытается угадать настроение всевластного начальства. Он просто поёт на родном языке. Беззвучно, но очень громко. Что-то про погоню и стук сердца. Если бы на Нрекдоле использовали понятие «драйв», то это было бы самое оно. Пашка готовился к схватке, благо дали минутку на размышления. Почему у него возникла такая потребность, он и сам не знал.