— Итак, вы оба недовольны вашим нынешним положением. Я не ошибся? — Смотрел первое величество на апрольца. И к своему удивлению, ничего особо не высмотрел. Гипсовая маска на красивом юном лице была безупречна. Взгляд из-под ярких бровей был пуст, твёрдый рот безмятежен, а в эмоциях царила беспросветная хмарь. И Эльзис с досадой понял, что перестарался с эмоциональными качелями для мальчишки, хотя Эрик пытался его удержать.

— Мартун, доклад. И не вскакивай.

— Есть не вскакивать, — Пашка резко вдохнул, разгоняя адреналин, чтоб до мозгов скорее добежало. Не рассчитывал, что именно его с ходу возьмут в оборот. — Считаю наше дальнейшее пребывание во дворце бессмысленным.

— Почему? — кто из братьев задал вопрос, Паха не уследил: смотрел между ними.

—Про меня и разговора нет. В нашем Корпусе и так недобор штата, а я тут… Алу же бесполезно проводит время и бездарно тратит ресурсы. Одни нейтрализаторы чего стоят! А мог бы приносить пользу.

— И какую? — вроде бы это был Эрик.

Пашка позволил себе едва заметно пожать плечами. И даже подпустил малую толику иронии:

— Ходок, артефактор, маг универсал неведомо высокого ранга, который ладит с боевыми нгурулами? Тётя Оля, то есть аррата Ольга, нашла, бы куда применить такой потенциал.

— И как ты предполагаешь этот потенциал контролировать?

— А зачем? Алу прекрасно сам себя проконтролирует. Тем более, что как маг он далеко не в лучшей форме. В крепости Восточного Корпуса у него будет куда больше возможностей для адаптации во всех смыслах. И в профессиональном, и в житейском.

— Уверен?

— Если ему будет что терять? Разумеется! Я же себя контролирую и Хайрем Оусс тоже.

— Почему ты настаиваешь на крепости?

— Потому что там буду я, — сказал Павел и обезоруживающе улыбнулся.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Мне в своё время помогли, — землянин обозначил поклон в сторону Эрика, — теперь моя очередь. Долги надо отдавать. Плюс к этому мы — я и аррата Ольга, как иномиряне, куда лучше поймём проблемы Алу, чем любой порученец в столице.

В общем-то это была красиво оформленная отговорка. На самом деле для Пашки все было проще пареной репы: Алу стал своим, и порукой тому был Раш. А наши своих не бросают. Но это личное.

— Алу, ты согласен с тем, что говорит Павел? — Эльзис.

Ему пришлось удовлетвориться молчаливым кивком. Кудрявые шельмы! От мальчишки разило таким отчаянием, что интриганистое величество с трудом сглотнул горькую слюну, а где-то в виварии забеспокоился флегматичный Курус. Нужно было срочно уплотнить привычные барьеры.

— Мы, в общем-то, согласны с предложением Павла, — перехватил нить разговора Эрик. — И даже заручились принципиальным согласием Попечителя Восточного Корпуса лавэ Шенола. И это возвращает нас к вопросу о клятве верности. Мы обсуждали это, Алу.