Если честно, Пашке уже хотелось домой. Разобрать сумки, подарить подарки и закончить уже эту одиссею. А ведь ещё предстояло разговоры разговаривать и рассказы рассказывать — тоже дело энергозатратное. Но Паха терпел. Потому что Рашу была обещана прогулка. Потому что Алу нужно было подольше побыть на вольном воздухе, чтобы хоть как-то подзарядиться природной энергией. «Консервированная» — это не то. Разница как между армейским сухпаем и домашней стряпнёй тётушек. Вроде и сытно, и даже вкусно, но… Или как между холодной тушенкой и свежим шашлычком из рук Семёныча.

Кстати о подарках. Раз они уже тут и Алу уже очухался после эпического знакомства с Серафимой, то, может, и знакомство с дядь Женей Семёнычем выдюжит? И Пашка принялся потрошить баул с покупками, в котором львиную долю объема занимали всякие рукодельные приблуды для Жеховых дам.

Старый партиец, он же кузнец, он же хуторская власть, нашёлся сам. Притопал гнать Серафиму из ледника, чтобы не простудилась. Про Алу он знал, потому что помогал Ольге быстренько воплотить некоторые задумки, приуроченные к прибытию гостя, а потому отреагировал спокойно и без явно выраженного интереса. Разве что полюбопытствовал:

— Маг? — и, получив утвердительный кивок, уточнил: — Хороший?

— Дядь Жень! А то ты не знаешь, кто это! Не дави на парня! — потребовал Паха, обмениваясь с кузнецом рукопожатием. — Хороший. Только пока замученный. Вот придёт в себя, тогда и спросишь. На, держи свой заказ, — и всучил Жеху трехведерный баул, в котором перекатывались мотки и клубки всяческого камвольного бутора и что-то загадочно погромыхивало. Семёныч заглянул внутрь и поднял на Пашку ошалелые глаза.

— Твою ж в бога душу мать! Ты, мля, сбрендил столько приволочь? И как я это между ними двумя делить буду?

Мда. Учитывать такие нюансы юного Пашку жизнь ещё не научила.

Ольга и Серафима совершенно бессовестно хихикали. А ведь стояли тихонько в сторонке, как приличные, и героически сдерживали свое любопытство. Ну, серьёзно! Думаете, легко удержаться и не сунуть нос в клубочки-тесёмочки? Мужикам не понять!

— Ты баульчик верни поскорее, дядь Жень, — ехидненько попросил обиженный Пашка: он так старался, а получил ответочку — аж икается. — А то нам еще кучу барахла до крепости дотащить надо.

Жех зыркнул так, что Алу, который держал это самое барахло в охапке, попятился.

— Я тебе кое-что получше дам, — пришла на помощь Серафима и ринулась в свои закрома. Через пару минут она появилась со здоровенной корзиной и деловито помогла Алу аккуратно сложить вещички. В процессе была обнаружена книжка для Митьки, которую Сима немедленно изъяла — парню читать нечего. А Пашка когда еще соберётся кóреша навестить? Пришлось и для Митькиной сестренки подарочек выдать, чтобы дитё не расстроилось. Заодно распотрошили тюк с сухофруктами на сладкие гостинцы. За сухофрукты Пашка был смачно расцелован обеими дамами. А немного подзабытый гость наблюдал эту семейную идиллию и никак не мог поверить, что эти люди знакомы между собой меньше года. Это было так удивительно! Алу даже о своей семье в этот момент не вспомнил.