Нгурул был поразителен! Да, на Апроле ходили легенды о жутких монстрах Нрекдола. Но именно что легенды. В клане Алу никто из предков с этим порождением магов-извращенцев не сталкивался и достоверных сведений потомкам не передал, поэтому к россказням относились скептически. Более того, артефакторы по сути своей были творцами, поэтому к любому магическому созиданию относились с пониманием и уважением априори. Сотворили зверя невиданного? Ну и молодцы! Значит так было надо. Наверное, поэтому не было в мозгах Алу четко оформленного регламента «нгурул — бойся». Скорее было традиционное для специфики клана «разберись — сделай лучше». Или, как минимум, научись пользоваться.
Ждать увлекшегося общением Пашку Алу было скучно, и он, недолго думая, откинул засов на вольере Раша и вошел.
— Р-рууу… — довольно громко удивился гигант. Своего наездника Раш услышал ещё в момент, когда тот покидал свою комнату, потому что все мысли Павла были устремлены к нему и сочились предвкушением встречи с шипастым, самым лучшим другом. Двуногого, которого драгоценный партнер приводил вчера, Раш учуял, как только тот вошел в виварий. По запаху. Этот человек фонил такими приятными эмоциями! Восторг, удивление, любопытство и опаска. Только опаска была странная. Новый знакомец боялся не страшного боевого зверя. Он боялся ему не понравится! А ещё он абсолютно и безоговорочно доверял ему, Рашу, такому большому и ужасному. Раш помнил вчерашнюю команду «свой». Значит, можно. Можно пообщаться и развеять скуку, пока дорогой друг занят своими глупостями. Ну можно же⁈ Раз этот новенький со знакомым запахом вошёл к нему без всякой опаски — можно! До этого без Павла к Рашу входила только Ольга, наездница обожаемой наглюшистой щены, и это всегда было приятно. Этот новенький вроде тоже ничего. И Раш убрал бивень.
На неожиданно громкий рык нгурула-квартиранта дёрнулись все. Местные — потому что всех постоянных обитателей вивария за долгие годы научились различать по голосам. А ещё потому, что инфы от местной стаи наездникам не поступало — чужака они не слышали. Пашка, который весело отбрехивался от шутливых подначек, отреагировал не столько на громкий звук, сколько на удивление в рыке своего зверя. Не злое. И даже какое-то растерянное. А потом уловил картинку: Алу решительно топает к нему. То есть не к нему, Павлу, а к Рашу. И только сейчас до заторможенного разноплановыми потоками сознания дотекло, что калитка в вольер распахнута и Алу действительно подходит к Рашу. И даже руку протягивает. Эту же самую картину увидели и хозяева вивария. Веселый гомон смолк, как будто полог тишины упал. Столичные наездники замерли в немом ужасе. Жаль парня: молодой. Красивый и такой глупый! Сунуться в вольер к чужому зверю в отсутствие наездника, это же головы не иметь совсем! Вот сейчас полетят кровавые ошмётки, вот сейчас…