— Я знаю неплохую книжную лавку, — приступил к своим обязанностям Даль.

— Далеко? Пешком дойдём или извозчика брать нужно? — поинтересовался логистикой хозяйственный Пашка. — Нам бы всё же к рынку поближе.

— Перенесу, — уверенно сказал Варим.

— Хорошо, — нехотя согласился Мартун — но только до лавки. А потом до базара, если далеко. А дальше — ножками, господа, ножками!

— Не пояснишь? — как-то смиренно спросил ходок.

— Безопасность. Надо сохранить твой резерв на крайний случай. Да и погулять охота.

— Хорошо, — принял условия Даль и пристроился поближе к Алу. — Идём до ограды, а потом «шагаем» к лавке книжника.

Пока добирались до калитки КПП, договорились, что если вдруг разминутся, встречаться будут у ближайшего к базару околотка стражи.

* * *

Книжный Пашку разочаровал. Книг было раз-два и обчёлся. А вот свитков — горы и завалы. А ещё был зануда-лавочник, который никак не хотел принять во внимание, что посетителю нужны именно книги. Бумажные. Печатные. Можно легенды, можно просто выдуманные интересные истории. А ещё нужна детская книжка, чтобы малышам читать учится. Как выяснилось, ни букваря, ни азбуки, ни сказок в этом мире не печатали. Домашнее, чтоб его, образование, с учебными пособиями из подручных средств. Зато рукописных свитков — со старыми хрониками канувших в Лету родов и «редчайшими и могущественными» заклинаниями да алхимическими рецептурниками 'от всех проблем — в наличии имелись километры. И макулатура эта имела таки спрос, если судить по качеству одежды лавочника и обилию светильников в помещении.

Для Митьки всё же была куплена замызганная книжища без обложки. И содержала эта плохонькая печатная продукция ни много ни мало, а краткую историю королевского рода Керон. Страничек эдак на пятьсот. Зато буквы крупные. Ну, хоть что-то. И для практического чтения, и для самообразования сгодится. А вот для его сестрёнки литературы не нашлось. По ходу, придется тёть Симе не туалетной бумагой озаботиться, а букварём. Интересно, как там у Митьки поиски земляков?

К изумлению всех троих, хранитель манускриптов приторговывал не только испорченной буквами бумагой, но и мелкими артефактами. На глаза попался почтовик и был немедленно приобретен для Алу. Юный артефактор легко разобрался в магическом ширпотребе и привязал свой красивый серебряный девайс к Пашкиному медному — тому самому пенальчику, что Жех Семёныч спроворил из старой медной кастрюли, а лавэ Шенол из спортивного интереса превратил в исправно фунциклирующее средство связи. Варим на простецкую вещичку только что не сплюнул — не по статусу наезднику медяшка. А вот апролец только выдохнул: