Глава 45
С запяток кареты соскочил лакей и принялся топтать стремительно ползущее по ткани пламя. Но это не помогало. Заметив, что горит, испуганная женщина вскричала:
— Помогите! Помогите! Снимите же её!
Она схватилась за крепление на груди, густо увешанное декором и принялась дёргать его, чтобы расстегнуть. Никто не торопился помочь ей, тогда как огонь уже на треть завладел лежащей на земле мантией и подбирался к юбке.
Девушки, к которым относилось требование, и которые, судя по всему, обязаны были помогать своей госпоже с туалетом, в ужасе наблюдали за пламенем и жались друг к другу. Как и люди вокруг, которых с каждой минутой становилось всё больше.
Я не могла бездействовать. Потому что ужаснулась, представив себе горящую заживо королеву. Наплевав на опасность, а уж тем более на положение, не предполагавшее, чтобы такие, как я приближались к таким, как она, бросилась к женщине и, схватившись за мантию, потянула её вверх, чтобы снять через голову.
Манёвр не удался. Горловина оказалась слишком узкой. Вдобавок ко всему, я ещё и причёску авгусейшую попортила.
Недолго думая и стараясь не смотреть на изумлённую моей наглостью женщину, я схватила мантию за край прямо у основания крепления и с силой потянула её.
— Что она делает? — взвизгнула одна из фрейлин.
— Это же реликвия правителей! — подхватила другая. — Простолюдины не смеют касаться сокровища королевы Сюзанны!
Бросив на королеву красноречивый взгляд, я дождалась её кивка, а следом раздался хруст рвущейся материи.
Когда мантия повалилась к ногам женщины, та резво отскочила. Реликвию королей на глазах объяло пламя, и вскоре от символа величия и власти осталась лишь дымящаяся, пахучая, бесформенная куча пепла и почерневших кусков ткани.
Тогда только я опомнилась, отступила от женщины и склонилась перед ней в подобии реверанса.
Следом в себя пришли фрейлины. Да и любопытные вновь загомонили.
— Ваше Величество! — запищали дамы, бросаясь к своей госпоже, и бесцеремонно отстранят меня. — Какой ужас! Вы целы? Кто мог это сделать?
— Пошли прочь, — ответила им Сюзанна и, обойдя изумлённых служанок, подошла ко мне.
Теперь я могла рассмотреть её и видела перед собой женщину чуть меньше сорока лет, стройную и привлекательную, со светлыми волосами и голубыми глазами. Её пышное платье серебрилось на солнце множеством блёсток. А белые перчатки делали тонкие руки ещё более изящными.
— Как вас зовут, мисс? — спросила она.
— Линда Петерсон.
— Откуда вы?
— Из Арденхилл, мадам. То есть, простите, Ваше Величество.
Королева рассмеялась.
— Вам не нужно извиняться, Линда. В моей свите сегодня были трое. Слуга и две фрейлины. Но лучше бы я не брала с собой этих бестолковых неумёх. Вы спасли меня, мисс Петерсон. Не испугались ни огня, ни величия, которое ничего не стоит. Ведь перед лицом опасности чины утрачивают свою силу, и мы становимся теми, кто мы есть — самыми обыкновенными людьми, напуганными и беззащитными.