В просторном и полупустом здании с высоким потолком гулким эхом отдавались от стен не только шаги, но и шорох платья и даже шелест бумаги. На стенах этих в виде огромных, местами потёртых фресок изображались моменты истории региона. В основном войны и сражения. Но были и картины мирной жизни, и те самые скалы, в пещерах которых навсегда сохранилась память древних. Имелись даже люди верхом на драконах, глядя на которых легко становилось поверить в чудо.
Письмо генералу я составила быстро. Дольше пришлось разбираться с тем, как правильно оформлять адрес. Два конверта оказались в итоге испорчены. Но надо отдать должное оператору. На меня ни разу не повысили голос, и письмо, в конце концов, отправилось в стопку заказных особой срочности.
С чувством частично выполненного долга я вознамерилась покинуть почтамт, но как только развернулась, чтобы идти к выходу, едва не врезалась в человека, который стоял слишком близко и, судя по проницательному взгляду изумрудных глаз, уже знал, что я сделала.
Глава 25
— Следите за мной, лорд Хальт? — спросила с напускной безмятежностью и попыталась отступить от стойки. Но не тут-то было. Рука мужчины преградила мне путь, уперевшись в столешницу.
— Я считал, мы перешли на ты.
— Точно. Совсем из головы вылетело, — хлопнула себя по лбу и, не дожидаясь дальнейших препирательств, потребовала. — Дай пройти.
— Сначала скажи, что за отношения связывают тебя с генералом.
— Ты что, ревнуешь?
— Безумно. К каждому встречному. Вот только Максимус Этлрейд жену свою обожает. И у тебя с ним ничего не получится.
Усмехнулась. Вот, значит, какие выводы напрашиваются сами собой. Но вам, милорд, правду знать не обязательно.
— Хорошо. Раз тебе это так важно, генерал помог мне, кода на поезд напали бандиты. Я просто хотела поблагодарить его. Этого объяснения достаточно?
— Возможно.
— А теперь отпусти меня. Мне нужно возвращаться.
Винсент не сразу, но всё же убрал руку. Но далеко уйти не позволил. И, поравнявшись со мной, снова заговорил:
— Не советую спешить. Все извозчики разъехались.
— Врёшь.
— Можешь проверить. После стрельбы многие так перепугались, что решили убраться отсюда пораньше. И сейчас на станции выстроилась внушительная очередь.
Он толкнул дверь, пропуская меня. И я сразу же увидела в стороне от площади, там, где совсем недавно выбиралась из экипажа, человек тридцать с сумками и чемоданами. Ни одного извозчика рядом не было.
Винсент обошёл меня и, спустившись по лестнице, галантно подал руку.
— Предлагаю не отчаиваться и приятно скоротать ожидание, — сказал он.