— Бегите отсюда, Линда, — прошептали мне на ухо. — Найдите любой повод и бегите.
Холодок пробежал под кожей, взметнулся и осел где-то в районе затылка.
Обернувшись, я увидела испуганное лицо Лариэль.
Глава 40
Она отступила и, покорно склонив голову, поспешила к матери, которая, как мне показалось, заметила дерзкую выходку дочери и смотрела теперь на неё с презрением. Хотя что-то подсказывало мне, эта женщина редко на кого смотрела иначе.
Миновав гостиную, мы остановились возле двери, за которой оказалась обеденная зала с большим столом, сервированным изящной фарфоровой посудой и начищенными до блеска серебряными приборами. Возможно, при иных обстоятельствах я бы с радостью бросилась пробовать закуски, каких никогда не видела и не пробовала. Но после слов Лариэль аппетит пропал, как не бывало.
В этой комнате уже успели растопить камин. Но даже несмотря на тепло, я ёжилась и жалела, что отдала накидку лакею. А когда все заняли свои места, почему-то даже не удивилась, что меня усадили рядом с лейтенантом.
Тот мигом подсуетился. Не переставая улыбаться, он поспешил налить мне вина, опередив лакея.
После череды хвалебных речей в поддержку гостеприимства хлебосольной леди все подняли бокалы. Пришлось делать вид, что пью. А вот принимать пищу я вынуждена была по-настоящему. И мне очень хотелось верить, что эта трапеза не станет роковой.
— Я считаю, вы зря отказываетесь от предложения Урсулы, мисс Петерсон, — попеняла мне Лора, когда мы обсудили то, зачем я пришла. — Уверена, вы бы многому сумели научить наследников господина Хальта.
— Сомневаюсь, что мои знания, мои ценности и представления о жизни будут близки детям из знатной семьи. Я привыкла работать с ребятишками другого сословия.
— А я считаю, что никому не помешает, если в их головы хоть иногда будут вкладывать простые, добрые истины. Уверена, именно поэтому леди Белрейд вас выбрала. Это так, Урсула?
Урсула, наблюдавшая за нами поверх бокала, кивнула.
— Конечно, — сказала она. — Ведь кто, как ни женщина из низов сможет научить моих внуков терпению и беспрекословному послушанию.
Как раз в ту минуту я попыталась проглотить кусок чего-то пересушенного и едва не подавилась, услышав слова женщины.
— С вами всё в порядке? — спросил блондин голосом искусителя, когда кусок не без усилий удалось протолкнуть дальше. Я кивнула.
— Не принимайте близко к сердцу, дорогая Линда. Госпожа Белрейд частенько говорит, не заботясь о чувствах собеседника. Это свойственно дамам в её возрасте. Они немного глупеют.
— Боюсь, это не тот случай, — сказала я, касаясь губами стакана с водой. — Указывая мне на моё место, госпожа Белрейд взвешивает каждое слово.