«Вот они, застенки кровавой гэбни, — поёжился Эдик от внезапно нахлынувшей жути, — где-то здесь меня и держали».

Переживал он зря, реальность оказалась не настолько ужасной. Подвал как подвал, в меру запущенный. Низкие потолки, тусклые лампочки, кафельный пол. Длинный коридор. По обе стороны железные двери. Полковник открыл четвёртую справа и, махнув рукой Эдику, зашёл внутрь.

— Резервное электропитание, без допуска не входить, — прочитал тот красную трафаретную надпись, шагнул за порог и шарахнулся от злобного вопля.

— Куда без допуска⁈ Назад!

Орал какой-то мужик — судя по замызганной робе, сотрудник из технического персонала. И как выяснилось, орал не на Эдика, а на увязавшегося следом Коляна.

— Николай, в коридоре останьтесь, — распорядился Виктор Вениаминович и жестом угомонил разбушевавшегося сотрудника. — А вы успокойтесь и делайте, что приказано.

Техник буркнул себе под нос, что-то невразумительно-недовольное, но тем не менее послушался и шагнул к щитку генератора. А пока он там возился, щёлкая тумблерами, Эдик с любопытством осматривался.

Комната без окон, с единственной работающей лампочкой под потолком. Затхлый воздух с ощутимым ароматом соляры и машинного масла. Унитарная синяя краска в две трети стены, всё, что выше — побелка. Обязательная паутина в углах, слой пыли на горизонтальных поверхностях. На бетонном полу, среди масляных пятен — два агрегата, но какие-то уж слишком большие…

В подробностях он рассмотреть не успел, техник как раз один запустил.

— Только ничего здесь не трогайте. И без вас всё на ладан дышит, — с недовольной миной проворчал он, вытирая грязные руки, грязной же ветошью. — Позовёте, как закончите, я у себя буду.

Техник вышел, а Эдик с недоумением уставился на Виктора Вениаминовича.

— Что непонятного? Ты хотел отыскать источник энергии? — спросил тот и кивнул на агрегат, тарахтящий на холостых оборотах. — Вот. Работай.

— Ах да… — Эдик хлопнул себя ладонью по лбу. — Прости, сразу не догадался.

Он подошёл к генератору ближе, прислушался к внутренним ощущениям, но даже намёка на присутствие магии не уловил. Ни мурашек по телу, ни обострения чувств, ни тем более жжения между лопаток, как при встрече с драконами. Ни-че-го.

«Странно. Движок старенькой „Нивы“ не сравнить с этой бандурой, но тогда всё было иначе. Магичить не мог, но магию чувствовал. А сейчас… полный ноль».

Эдик для верности тронул потеплевший кожух пальцами, провёл ладонью по проводам…

— Ничего, — поделился он своими наблюдениями, отряхивая руки от пыли.

— В смысле ничего? — переспросил Виктор Вениаминович чуть севшим от расстройства голосом и лицо его вытянулось.