Оксана и Шульгин смотрели на меня с изумлением.

— Ну ни хрена себе, Макс! — выдохнул Коля. — Ты прямо как Флэш!

— Кто? — нахмурился я.

— Ну, быстрый такой… супергерой! — объяснил он.

— Супергерой? — фыркнул я. — Из всех «супергероев» я знаю только Рэмбо, Чака Норриса и Шварценеггера.

— Ха! — оживился Шульгин. — Во первых, они не супергерои, а просто герои, а во вторых — из них только Рэмбо герой, а остальные — актёры.

— Да пофиг… — отмахнулся я. — Не в лосинах, и хорошо.

Мы посмеялись. За шутками все забыли, что трюк теперь выкинул я. Я сам не понял, как успел подхватить Колю, но мысль засела: а что, если часть способностей после препарата во мне всё же осталась?

А ещё — как Коля так быстро восстановился? Пуля прошла насквозь, еще двух месяцев не прошло с момента ранения, а он уже вон как приседает. Похоже, что препарат оставил след в нас обоих.

Всей бригадой мы переместились в палату к Мордюкову. Его ещё вчера перевели из реанимации в отдельную. Он лежал, бледный, но взгляд был бодрым.

— Семён Алексеевич, добрый день, — первыми поздоровались мы с Оксаной.

— Ну что, голубчики, заглянули шефа проведать? — ухмыльнулся он. — Тут, понимаешь, скукота смертная. Говорят, вставать нельзя, так я даже медсестру хорошенькую по заднице хлопнуть не могу. Руки коротки! До попы не достают! Вот бы мне их отрастить подлиннее…

— Ох и фантазёр вы, Семен Алексеевич, — покачала головой Кобра и улыбнулась. — А еще и кобель.

— Ну ладно, — продолжал он. — Какие новости?

— Лаборатория уничтожена полностью, как мы и думали, — сказал я. — На месте работают бригады, раскапывают. Но вряд ли что-то найдём.

— Жаль, что дело не нашей подследственности.— вздохнул Мордюков.

— Москва все материалы по лаборатории забрала, — кивнул я. — ФСБшники тоже подключились.

— Готовенькое, значит, получили, — хмыкнул он. — Спасибо тебе, Максим Сергеевич. Говорят, ты меня вытащил, эвакуацию организовал. Не бросил, хотя там всё к чертям взорвалось. Могли и сами сгинуть.

— Это вам спасибо, — сказал я. — Вы прикрыли меня от пули. Если бы не вы…

— А если бы убило Макса, — вставила Кобра, — то мы бы все там остались. Так что, Семён Алексеевич, спасибо вам.

— Ладно, хватит, — смутился он. — Я тогда не думал. Просто среагировал. Потом уже понял, что правильно сделал. А ведь однажды я струсил. Представляете? Было такое дело. Убежал. Из-за меня погиб очень важный для меня человек. Хороший человек, дельный, честный. Эх… До сих пор снится…

В палате повисла тишина. И тут зазвонил мой мобильник.

— Алло? — ответил я.

— Макс, это дежурный, Ляцкий, — раздался знакомый голос.