Так начиналась его дорога в область, в следственный изолятор.

Погрузка арестованных закончилась. В будке «ГАЗона» вместе с контингентом расположились двое конвоиров, вооружённые штатными макаровыми. Их работа простая и непростая одновременно — сидеть, смотреть, чтобы никто не вздумал дернуться.

Старший конвоя, седоусый лейтенант, сел впереди, на пассажирское место рядом с водителем. Мужик уже в возрасте, с морщинами у глаз, будто вечно прищурен. В голосе всегда слышалась хрипотца, в движениях сквозила неторопливая, немного усталая основательность. При нём был не только пистолет, но и автомат Калашникова — по инструкции полагалось для серьёзных случаев.

За рулём сидел старший прапорщик, тоже немолодой, с широкой грудью и крепкими руками, какие бывают только у тех, кто всю жизнь крутил баранку. У него табельный макаров тоже имелся на поясе, но главная его обязанность — машина и дорога.

Впереди автозака встал легковой «Форд» с синей полосой и проблесковыми маячками на крыше. Группа сопровождения на легковушке традиционно шла первой: автоматчик на переднем сиденье, водитель с пистолетом. Так положено, сопровождать, если этап шёл дальше пятидесяти километров, как сегодня.

Сирены заголосили в унисон, синие вспышки вырезали дорогу, отделили из потока машин. Колонна выкатила на проспект, вклинилась в плотное движение, и вся остальная река транспорта послушно остановилась, пропуская. По инструкции этап не имел права останавливаться: ни на красный свет, ни на «уступи дорогу». Единственное, что могло сбить этот ритм — непредвиденный шлагбаум железнодорожного переезда или авария.

* * *

Лейтенант поёрзал на сиденье, снял фуражку, провёл ладонью по седым усам и хмыкнул:

— Опять начальство с утра мозг вынесло. Мол, журнал не так заполнил… Крючкотворы хреновы.

Старший прапорщик, не отрывая глаз от дороги, усмехнулся:

— Да ты что, Саныч, первый день служишь? Начальство живёт в своём мире. Им важно, чтоб по бумаге сошлось. А что у нас тут руки в мазуте, нервы — в хлам, это их не касается.

— Ну, хоть машину нормальную дали, — продолжил лейтенант. — А то на старом «ГАЗоне» коробка хрустела, сцепление — как гиря. Спина уже отваливалась.

Машина шла по проспекту, синие огни маячков играли в стёклах.

— Я тут на днюху к другану ходил, — травил байку прапорщик, барабаня пальцами по рулю.

— Ну, — кивнул лейтенант, — и что?

— Мужик он, вроде, с головой, но голове у него хозяин — другое место. Думает не той головой, понял?

Лейтенант усмехнулся:

— Ну дык, классика. Без баб куда ж. Все беды от них и без них никак.