— А ты похудел, — сказал я, оценивая его взглядом. — Подтянулся. Молодец.

— Ну так, сам приучил меня к спорту, — усмехнулся Корюшкин.

— Так и занимаешься?

— Конечно. Надо же марку держать. Ирина сказала, что любит подтянутых.

— А как у тебя там с ней? — спросил я.

— Да я вот хочу предложить ей жить вместе, — сказал он с какой-то робкой гордостью.

— О, похвально, — кивнул я. — Квартиру снял или купил?

— А зачем снимать? — просиял он. — У нас с мамой трёшка.

— Э, солдат, — осадил я его. — Не вздумай! Самку нужно приводить на свою территорию, а не мамину.

— Ну, блин, дорого же снимать, — сразу замялся он.

— Тогда дружи на расстоянии, — сказал я. — Вот тебе будет стимул заработать на квартиру.

Корюшкин вздохнул, покачал головой.

— Ну как же я со своей зарплатой-то заработаю?

— Ты же смог похудеть, — усмехнулся я. — И заработать сможешь.

— Взятки, что ли, брать? — вспыхнул он.

Я дружески отмахнулся.

— Нет, конечно.

— А что ж тогда? Уволиться и пойти на другую работу?

— Да нет, — сказал я. — В криминалистике вся твоя жизнь, тут не отнимешь. Это я просто к слову. А вообще увольняться тебе не надо. Как же мы без тебя?

Я кивнул на документы, разложенные у него на столе.

— Ты, кстати, над чем сейчас работаешь?

— Да тут риэлторские схемы мутные, — вздохнул он. — Мошенничество. ОБЭПники накопали, навалили вот пачку почерковедческих исследований. Сижу, глаза ломаю. Вот что за люди эти риэлторы — бессовестные. Так людей обманывают, и ведь не стесняются.

— Везде нехороших людей хватает, — сказал я.

— Да, — вздохнул Корюшкин. — Но у меня такое ощущение, Макс, что риэлторы — это особая каста. У них каждый второй мошенник. Ну, мне так кажется. Ладно, проехали. Ты просто так пришел? Поздороваться? Или дело есть? Вижу, что не просто так…

— Ты это, помнишь, по моей делюге, — сказал я. — Как там, ответ пришёл? По ДНК-экспертизе.

— А, точно, — хлопнул себя по лбу Корюшкин. — Ой, я тут закрутился и совсем забыл. Что-то я не спрашивал, а эксперт и не звонил. Сейчас, подожди.

Он быстро набрал номер.

— Алло, добрый день, — сказал он в трубку. — Это Корюшкин. А Степанченко где? В отпуске? Ясно… Ладно, попробую на мобильный.

Он положил трубку, взял мобильник, потыкал там.

— Абонент временно недоступен, — проговорил механический голос.

— Странно, — пробормотал он и набрал ещё раз. Результат тот же.

Я стоял, чувствуя, как внутри всё сжимается. Всё зависело от этого чёртового звонка, от слов Степанченко. Ему я передавал объекты для ДНК-исследования, и теперь именно от него ждал ответ, который мог многое прояснить.

Корюшкин снова перезвонил в экспертно-криминалистический центр, уточнил, куда этот Степанченко мог уехать. Ответили, что он каждый отпуск уходит в леса, на рыбалку, в такие места, где связи нет вообще.